Форма входа
0/0
Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин
- Дата:25.01.2026
- Категория: Публицистика / Прочая религиозная литература / Самосовершенствование / Науки: разное / Религия: христианство
- Название: Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости
- Автор: Максим Глебович Калинин
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Уважаемые читатели!
Тут можно читать бесплатно Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин. Жанр: Публицистика / Прочая религиозная литература / Самосовершенствование / Науки: разное / Религия: христианство. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн книги без регистрации и SMS на сайте Knigi-online.info (книги онлайн) или прочесть краткое содержание, описание, предисловие (аннотацию) от автора и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Описание онлайн-книги Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин:
Книга написана авторами популярного подкаста Arzamas «Отвечают сирийские мистики» Максимом Калининым (филолог, переводчик, старший преподаватель Института классического Востока и античности Высшей школы экономики, шеф-редактор АНО «Познание») и Филиппом Дзядко (писатель, филолог, автор романа «Радио Мартын», сооснователь и бывший главный редактор просветительских проектов Arzamas и «Гусьгусь»).Книга построена в форме диалога и разделена на главы, в которых рассмотрены такие важные темы, как природа зла, любовь к ближнему, чувство вины, выгорание, критика, страх, успех, радость.На протяжении человеческой истории всегда были периоды, когда миллионы людей теряли опору и надежду. Подобной эпохой для многих народов стал VII век. Империи, представлявшиеся вечными, оказались бессильны перед арабским нашествием. Разрушение устоявшихся веками общественных отношений, стремительная смена власти, религии, языка на территориях, занимаемых Халифатом, заставляли людей поверить в то, что конец света близок.Как найти смысл в мире, где твоя вера терпит поражение? Можно ли обрести любовь в обществе, где глаза у всех наполнены усталостью, а ум – тревогой? Как ни странно, именно тогда появились люди, которые не только утверждали, что в основе мира лежит любовь, но находили способы ее обрести в эти трудные времена. Эти люди – сирийские мистики.Их мудрость помогает найти ответы на сложные вопросы, которыми мы часто задаемся сегодня.Для когоДля неравнодушных к тому, что происходит, для запутавшихся, выгоревших, не понимающих, как им быть и правильно ли они живут, для ищущих ответы на сложные и важные вопросы.
Читем онлайн Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
что наш с вами Несторий после смерти католикоса Тиматеоса вернулся к своим идеям и стал их продвигать уже открыто.
Филипп: Получается, что он такой Северус Снейп – все думают, что это темный, плохой профессор на службе у Того-Кого-Нельзя-Называть, а в реальности этот человек помогал силам добра и света.
Максим: Ну да, если мистиков считать силами добра и света.
Филипп: А как иначе, Максим? Но Несторий же полностью разрушил свою репутацию, да? Как к нему относились его собратья после отречения?
Максим: Вот интересно, что у нас нет прижизненных свидетельств, но сохранился мистический текст самого Нестория – послание «О начале движения божественной благодати»[173], в котором он много цитирует, не называя имени, Иосифа Хаззайю и Иоанна Дальятского (называя последнего Иоанном Златоустом, то есть зашифровывая имя осужденного мистика при помощи имени другого церковного авторитета). Судя по тому, что это послание сохранилось и стало частью восточносирийской литературной традиции, можно предположить, что он, по крайней мере в конце жизни, восстановил свою репутацию в глазах собратьев-мистиков.
Филипп: Чужой среди своих снова стал своим.
Максим: Во всяком случае, в этом послании он обращается к адресату голосом наставника и среди прочего пишет, как нужно относиться к оппонентам и критикам – к тем, кто выражает идеи того самого католикоса Тиматеоса. Не будучи сведущими, эти мудрецы говорят в ярости: как может быть зрима божественная природа?
Филипп: Мудрецы – это, конечно, снова ругательство?
Максим: Конечно. Несторий призывает: «Отстраняй себя от таковых, дабы не угасла твоя светоносная лампада в урагане отравленных стрел их слов. Но ненависти к ним остерегайся, как расхищающей львицы. И предпочти спокойную встречу с ними, и закрепи в душе твоей любовь к ним как к образу Божию»[174].
Филипп: Хорошо, что он восстановил репутацию и люди не сжигали в гневе тексты этого «отступника».
Максим: Да, кроме того, в IX веке Несторий Нухадрский упоминается в жизнеописании Иосифа Хаззайи, так что, видимо, наши герои считали его за своего.
Филипп: Значит, мы можем видеть такое многообразие: одни, как Бехишо Камульский, бегут в горы, чтобы продолжать заниматься тем, чем они занимаются, другие, как Несторий Нухадрский, принимают точку зрения наделенных властью оппонентов, но продолжают тайно придерживаться своих взглядов и при случае продвигают их, третьи заботятся о репутации своего движения (как молодой Исаак Сирин) или (как Исаак Сирин постарше) в мягкой форме отстаивают свои взгляды, показывают важность своей традиции.
Максим: Так и есть, Филипп.
Филипп: Вы знаете, Максим, у меня тоже есть история, связанная с репутационными рисками. Дело было очень давно, лет двадцать назад. Я учился в университете, и у нас был предмет – литература русской эмиграции. Так сложилось, что я не посетил ни одного занятия и узнал об экзамене за два часа до его начала. Делать нечего – нужно было идти и рассказывать историю одного из деятелей эмиграции. Я очень любил этот период, и в принципе имена и даты у меня в голове жили, но не так, чтобы нужным образом рассказать про какого-то одного героя. Тогда я не придумал ничего лучше, как прийти на экзамен и рассказать историю человека по имени Михаил Лавринович. Про него было известно, что он прошел через все направления русской литературной и даже философской мысли – успел побывать символистом, написал несколько футуристических сборников, потом эмигрировал через Константинополь, в Париже общался с Ходасевичем, в Берлине – с Набоковым, под конец жизни совсем обеднел, был безумно влюблен и писал стихи, которые позднее стали восприниматься как детские, но внутри них вы, Максим, можете почувствовать невероятную трагическую ноту. Например, в таких строчках:
Куда же делся Джулька, куда же он исчез?Быть может, он в кастрюльку за рыбками полез?Нигде его не вижу, нигде не нахожу.Мой милый, мой хороший, я так тебя люблю[175].Это стихотворение я взял из детской книжки, которую читала моя младшая сестра. А жизнеописание Михаила Лавриновича придумал, контаминировав его из разных биографий реальных деятелей русской эмиграции, надеясь на то, что за знание контекста мне поставят какую-нибудь тройку. Но преподавательница сказала: «Откуда же, Филипп, у вас такой интерес к забытым именам, почему вы всё это так любите?» Я испытал смешанные чувства. Позднее мы с моими однокурсниками делали конференцию, посвященную Лавриновичу. И теперь в новые времена, в эпоху «Диссернета»[176], в то время, когда я возглавлял просветительский проект и постоянно говорил о важности экспертизы и о том, что надо проверять каждый факт, я понимаю: если эта история всплывет, это нанесет урон не только моей репутации, но и репутации «корпорации» Arzamas. Я совсем этого не хочу, поэтому прошу вас, Максим, держать язык за зубами.
Максим: И всех наших читателей мы просим о том же.
Филипп: Но все же – как жить после такой невыносимой лжи?
Максим: Вы сейчас произнесли почти исповедь, открыв свой поступок, и мне это так напоминает шестой трактат третьего тома Исаака Сирина[177]. Это не просто очередной трактат, в названии которого много цифр, а один из самых сильных текстов Исаака Сирина о божественном прощении. В нем он подробно говорит о том, что Бог приводит в конце концов всех людей к прощению и к спасению. Более того, Исаак Сирин говорит о том, что Бог любит прощать, и несколько раз повторяет эту фразу: «Бог любит прощать, и он любит искать поводы для того, чтобы простить». Не у всякого человека есть воля, расположенная к добру, но Бог, по мысли Исаака Сирина, находит те или иные поводы – какие угодно, лишь бы человека простить. Тот или иной поступок человека – это только вершина айсберга, это только малая часть того, что человек сам про себя знает. Этот видимый всем поступок вызывает критику и осуждение окружающих – и человеку становится стыдно. По мнению Исаака Сирина, Бог это делает, чтобы держать людей в тонусе, чтобы найти повод дать человеку прощение. Он говорит: «Ради одного этого поступка, из-за которого человеку стало стыдно перед другими людьми, Бог прощает ему все – и то, что этот человек знает, а остальные люди не знают». Понять логику и милосердие Бога, говорит Сирин, можно только через перспективу раскаяния, а оценить это – только изнутри покаяния. Когда ты сам приносишь Богу покаяние в своих поступках, ты можешь оценить тот дар, который тебе дается, и без ревности отнестись к тому, что Бог прощает всех остальных. А говорить абстрактно о том, простит ли Бог всех или не простит, вне перспективы покаяния ты не можешь.
Филипп: А какое это имеет отношение к теме репутации?
Максим: Если твоя репутация пострадала, если какой-то твой дурной поступок стал известен, восприми это как катарсис, как прививку, не бойся этого.
Филипп: Это тот же принцип, о котором мы уже говорили в прошлый раз? То, что кажется разрушающим тебя, на самом деле можно использовать как материал при строительстве ограды, охраняющей тишину твоего сердца. Кажется, это фраза Исаака Сирина.
Максим: Эту идею мы вывели, опираясь на разных мистиков, подобно тому как вы сочинили биографию Михаила Лавриновича. А если вспоминать совет, который дал Исааку Сирину пожилой монах, то сирийские мистики видели своих учителей и собратьев успешными бизнесменами, которые могут сделать деньги на чем угодно. И так же духовно просветленный человек может из любой ситуации вывести счастье.
Филипп: Что ж, будем стараться этому научиться, мой дорогой учитель и собрат.
Глава 10
Страх,
или
Как бороться с экзистенциальным ужасом, гнетущей тревогой и драконом в своей келье?
Страшно умирать не хочется.Быть бы стать жуком-древоточцемВ задней ножке стула в дальней комнате,Чтобы надо мной бежали волны те.Во-о-о-олны, волны те.Чтоб никто не знал меня по имени,Чтобы днем с огнем не нашли меня.Пепел и труха, ноль без палочки,И не о ком в графе ставить галочку.О-о-о галочку.Это, это, это было полбабы, и только.Говорит: «Лезь под платье, ты не дома».Или: «Это, слышь, где-то сгоришь, как трава.Пылью мне серой пылью все запылила».О-о-о как трава, о-о-о запылила.Дмитрий Озерский. Волны теФилипп: Страх – наш любимый враг. Мне кажется, что самые разные страхи преследуют нас всю жизнь. В детстве я боялся очень многих вещей – темноты, манной каши, рыбьего жира, пластинки «Карлик Нос».
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин бесплатно.
Похожие на Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин книги
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Федеральный закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» - Коллектив авторов - Юриспруденция
- Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" - Законодательство России - Юриспруденция
- Как раскрутить Instagram - Ларченко Алексей - Бизнес
