Форма входа
0/0
Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин
- Дата:25.01.2026
- Категория: Публицистика / Прочая религиозная литература / Самосовершенствование / Науки: разное / Религия: христианство
- Название: Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости
- Автор: Максим Глебович Калинин
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Уважаемые читатели!
Тут можно читать бесплатно Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин. Жанр: Публицистика / Прочая религиозная литература / Самосовершенствование / Науки: разное / Религия: христианство. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн книги без регистрации и SMS на сайте Knigi-online.info (книги онлайн) или прочесть краткое содержание, описание, предисловие (аннотацию) от автора и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Описание онлайн-книги Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин:
Книга написана авторами популярного подкаста Arzamas «Отвечают сирийские мистики» Максимом Калининым (филолог, переводчик, старший преподаватель Института классического Востока и античности Высшей школы экономики, шеф-редактор АНО «Познание») и Филиппом Дзядко (писатель, филолог, автор романа «Радио Мартын», сооснователь и бывший главный редактор просветительских проектов Arzamas и «Гусьгусь»).Книга построена в форме диалога и разделена на главы, в которых рассмотрены такие важные темы, как природа зла, любовь к ближнему, чувство вины, выгорание, критика, страх, успех, радость.На протяжении человеческой истории всегда были периоды, когда миллионы людей теряли опору и надежду. Подобной эпохой для многих народов стал VII век. Империи, представлявшиеся вечными, оказались бессильны перед арабским нашествием. Разрушение устоявшихся веками общественных отношений, стремительная смена власти, религии, языка на территориях, занимаемых Халифатом, заставляли людей поверить в то, что конец света близок.Как найти смысл в мире, где твоя вера терпит поражение? Можно ли обрести любовь в обществе, где глаза у всех наполнены усталостью, а ум – тревогой? Как ни странно, именно тогда появились люди, которые не только утверждали, что в основе мира лежит любовь, но находили способы ее обрести в эти трудные времена. Эти люди – сирийские мистики.Их мудрость помогает найти ответы на сложные вопросы, которыми мы часто задаемся сегодня.Для когоДля неравнодушных к тому, что происходит, для запутавшихся, выгоревших, не понимающих, как им быть и правильно ли они живут, для ищущих ответы на сложные и важные вопросы.
Читем онлайн Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
заплатишь ты ему копейку, обол или талант. Важно, чтобы ты платил хоть сколько-нибудь, главное, вовремя и регулярно». У сирийских мистиков была практика читать молитвы семь раз в день. Иосиф Хаззайа говорит: читай семь раз в день не длинные псалмы, а хотя бы одну фразу. Вот, например, 116-й псалом – самый короткий из всех, состоящий из двух стихов:
Хвалите Господа, все народы, прославляйте Его, все племена; ибо велика милость Его к нам, и истина Господня [пребывает] вовек. Аллилуия[102].
Ты можешь прочесть только его, но, главное, делай это регулярно, и это поможет тебе преодолеть состояние уныния, поможет тебе в конце концов запустить какие-то шестеренки и найти силы, чтобы делать какие-то более существенные дела. Еще он говорит: «Найди какую-то фразу, может быть, стих из Библии, который будет тебя поддерживать. Если нужно, повторяй его неделю или месяц вместо всех молитв, главное, что он будет служить для тебя источником вдохновения». К слову, о молодых родителях: я это использовал в своей жизни еще до чтения Иосифа Хаззайи. Вот что я заметил: допустим, у меня реально нет ресурса общаться с детьми – я думаю, что мне нужно написать статью, сделать кучу дел по работе. Но если я сформулировал хотя бы одну фразу, выразил какую-то новую мысль в нескольких строчках, этого уже достаточно. Или, например, я открываю клинопись новоассирийскую и запоминаю, как пишется очередной клинописный знак, прокручиваю это в голове – и всё, я занят чем-то. И я могу играть с детьми уже без мысли о том, что я разрываюсь между важной для меня работой и не менее важным общением с ребенком. Вообще, у мистиков есть важная мысль, которая часто шокирует их христианских читателей. Я бы определил ее как сакральный эгоизм. Они придавали большое значение одиночеству человека, его необщению с родственниками. У Симеона Нового Богослова, греческого автора, сравнимого с сирийскими мистиками по содержанию сочинений, я нашел такую мысль: ближний твой, которого ты должен возлюбить, – это в первую очередь твоя душа[103]. Меня шокировало, как он переменил эту мысль Иисуса изначальную. И если говорить о родительстве, о состоянии, когда у тебя должен найтись ресурс на другого человека, здесь этот эгоизм может хорошо сработать. Иосиф Хаззайа говорит: «Ты не можешь передать что-то (он говорит это о сокровищах Отца своего Небесного) другому человеку, если у тебя самого этого нет». И он совершенно парадоксальным образом излагает притчу о менеджере-обманщике. Знаете, есть такая притча в Евангелии от Луки?
Филипп: О менеджере?
Максим: О менеджере. Ее называют притчей о неправедном управителе, но по сути дела это жулик-менеджер, которого решил уволить его хозяин за то, что тот время от времени у него подворовывал. Менеджер зовет всех должников своего хозяина и говорит: «Сколько ты ему должен? Бери расписку, садись, давай переделаем, напишем, что ты должен ему в два раза меньше». И он встречается с несколькими должниками хозяина и просто подделывает все их документы. Чтобы они потом по дружбе за это благодеяние его приняли на работу. Это очень смешно звучит в притче: «Копать не могу, просить стыжусь»[104]. А дальше Иисус говорит парадоксальную вещь: «И похвалил господин управителя неверного, что догадливо поступил; ибо сыны века сего догадливее сынов света в своем роде»[105]. Это самая загадочная притча Евангелия, однозначного толкования ей нет. Иисус вообще любил парадоксы, но это место – совершенная загадка. Попытки ее истолковать все время наталкиваются на какие-то подводные камни. А вот Иосиф Хаззайа как раз очень ясно ее понимает. Он вообще часто обращается к образу домоправителя – раббайты (rabbaytā). Согласно жизнеописанию Иосифа, он сын персидского зороастрийского мага, был взят в плен и продан в рабство, будучи семилетним мальчиком. Хозяин-мусульманин обратил ребенка в ислам, а со временем сделал юного перса своим домоправителем[106]. Так вот, у Иосифа Хаззайи только мистик может по-настоящему понять ту притчу Христа, ведь мистик – это как раз такой управитель, который растрачивает сокровищницу Бога и поддерживает других людей.
Филипп: Опять вспоминается Пастернак:
…Как будто вышел Человек,И вынес, и открыл ковчег,И все до нитки роздал[107].Максим: И этот человек, мистик, может делать так потому, что Отец ему как сыну дал такое право. Но если у тебя нет доступа к этой сокровищнице, то ты и другому ничего не сможешь дать. И тут я, воспользовавшись поддержкой сирийских мистиков, скажу как отец четверых детей: творчество или какое угодно вдохновляющее дело – это даже не право, а необходимая производственная обязанность любого родителя (да, наверное, и любого человека вообще).
Филипп: Но ведь очень часто человек бывает настолько усталым, что никакой новый клинописный знак не спасет. Более того, на него просто нет сил, хотя человек и может понять, что в далекой перспективе это то, что дает ресурс. Например, у матерей-одиночек. Да у кого угодно, на самом деле.
Максим: Исаак Сирин сравнивает состояние человека, чувствующего беспросветный мрак и бессилие, с состоянием женщины в потугах[108]. Очевидно, Исаак Сирин, как и я, не мог отвечать за такое сравнение, однако в обществе, в котором вырос будущий мистик, дети рождались не за стенами больниц – точно так же и в моей семье большинство детей родились дома. И мне знакомо состояние, в котором кажется, что напряжение никогда не закончится и сил ни на что не хватит, – и как раз это состояние становится фоном для перелома ситуации. Исаак Сирин советует найти самый малый предмет сосредоточения, за который можно было бы уцепиться. Можешь еще молиться – молись. Не можешь молиться – останься в позе медитации (Исаак говорит о простирании на полу или о действии, которое он называл «падать на лицо», речь идет о преклонении колен и касании лицом земли). Не можешь и этого – хотя бы не выходи из затвора. Не можешь сделать ничего – накройся мантией и засни.
Филипп: И это тоже будет считаться за усилие?
Максим: Да, от человека требуется сделать такое минимальное усилие, какое для него сейчас возможно, и именно это усилие может стать жестом, открывающим дверь в новое.
Филипп: Это красивая мысль, я в это верю, спасибо! Но все же до конца не понимаю, как сон под мантией может помочь открыть дверь в новое?
Максим: На самом деле о сне и снах мистики говорят очень много. Шем'он д-Тайбуте[109] обращается к монаху, который сомневается в том, что может найти в себе нечто большее, чем постоянное повторение молитв и ритуалов. Шем'он советует ему осуществить практику тонкого сна, о которой говорит сирийская мистическая традиция:
Доводить себя до изнеможения повторением [молитв] – совсем не великое [дело] в отношении совершенства. Очень же великое – постоянно вмысливаться в божественное и бестелесное и в духовные силы, сокрытые и действующие во всем этом [мироздании]. А размышлять о телесных [вещах] во время молитвы плохо.
И если ты сомневаешься в этом, то, когда ты погружаешься в сон, брось в кадильницу своего сердца изысканные ароматы молитв, хвалений и духовного созерцания, и вмысливайся в них в полусне: пробуждаясь, ты почувствуешь сладость, которая воздымалась в душе твоей всю ночь. «Молитва моя – как каждение пред Тобою». И еще ты освободишься от плохих снов![110]
Придуманным словом «вмысливаться» я передал здесь арамейский глагол храг (hraḡ), означающий «размышлять, интенсивно обдумывать». У Исаака Сирина он означает сосредоточение, освобождающее от мыслей, практику, близкую к медитации (если понимать под ней сосредоточенность без мыслительного усилия). Исаак говорит об этой практике очень много. Шем'он д-Тайбуте и Иосиф Хаззайа тоже часто используют глагол храг (hraḡ) в похожем значении[111].
Филипп: Текст Шем'она ассоциируется с осознанными сновидениями.
Максим: И правда, во сне достичь расслабленной сосредоточенности проще, реальность становится более податливой. Именно в этом состоянии Шем'он советует своему читателю узнать о том, что внутренний человек бесконечен. А Исаак Сирин пишет о том, что он пережил в состоянии тонкого сна[112]:
Я же знаю некоего человека, который, даже будучи спящим, объят был изумлением (tahrā) по Богу в некоем созерцании из-за обилия вечернего чтения, когда душа его была в оцепенении (tammīhā),
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин бесплатно.
Похожие на Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин книги
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Федеральный закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» - Коллектив авторов - Юриспруденция
- Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" - Законодательство России - Юриспруденция
- Как раскрутить Instagram - Ларченко Алексей - Бизнес
