Спасите меня, Кацураги-сан! Том 8 - Алексей Аржанов
- Дата:28.12.2024
- Категория: Героическая фантастика / Попаданцы / Периодические издания
- Название: Спасите меня, Кацураги-сан! Том 8
- Автор: Алексей Аржанов
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Самое ужасное, что без вашего внимания, мы бы точно упустили ухудшение его состояние, — подметила Ритика. — Боюсь представить, какой скандал бы возник, если бы один из моих сотрудников погиб прямо в лаборатории на рабочем месте!
— Наш доктор Кацураги всегда такой, — улыбнулся Ниидзима. — Поверьте, профессор Банзаль, его сюда прислали не просто так. Он отнесётся к препарату и испытуемым ровно так, как должен отнестись любой образованный и честный человек.
Ниидзима Касуга сказал это не просто так. Он почувствовал, что профессор Банзаль с самого начала отнеслась к моему приезду со скепсисом. Она переживает, что я по чьей-нибудь указке замедлю или вовсе отменю дальнейшую разработку препарата.
— Я уже убедилась, доктор Ниидзима, — неспешно отпивая кофе, проговорила Ритика. — Вижу, что доктору Кацураги можно доверять. В таком случае предлагаю не тратить время на бестолковые экскурсии.
— Почему бестолковые? — поинтересовался я.
— Я намеренно хотела потянуть время, поводить вас по лаборатории, чтобы, в конце концов, вам не хватило терпения добраться до испытуемых и самого препарата, — призналась она.
— Что ж, зато благодаря этому хитрому ходу мне удалось обнаружить больного метгемоглобинемией, — сказал я. — Так что всё к лучшему.
— Тогда поступим следующим образом, доктор Кацураги, — продолжила Ритика и поставила пустую чашку на стол. — Механизм действия, фармакокинетику, фармакодинамику и остальные свойства препарата я сброшу на вашу электронную почту. Давайте сразу перейдём к испытуемым.
— Я не против, — кивнул я. — Наглядный пример скажет о препарате куда больше.
Нам троим пришлось покинуть здание и пройти в другой корпус, где располагался небольшой стационар на десять коек. Там и находились испытуемые. Рядом со стационаром располагалась своя лаборатория с анализаторами, а по соседству — миниатюрное диагностическое отделение.
Таким образом, испытывать препарат и следить за пациентами можно в одном месте.
Профессор Банзаль взяла несколько историй болезни и повела меня за собой к пациентам. Поскольку она являлась клиническим фармакологом, как и Ниидзима Касуга, у неё было право вести больных и наблюдать за ними.
Если кратко, обычный фармаколог врачом не является, а клинический фармаколог — это, в первую очередь, врач. Хотя, как я понял, у Ритики Банзаль было больше четырёх образований во всех областях.
— Итак, доктор Кацураги, я выбрала для вас наиболее интересных пациентов, — произнесла Ритика. — Если захотите, можете потом и другие истории болезни полистать. Но вот эти — самые интересные!
— Давайте пока этих посмотрим, а дальше я уже определюсь. Возможно, мне хватит и их, чтобы составить своё мнение, — ответил я.
Мы прошли к первому пациенту.
— Добрый день, — улыбнулась профессор пациенту. — Сейчас мы с доктором Кацураги ещё раз осмотрим вас в рамках клинических испытаний.
Мужчина что-то ответил на хинди, что я расценил, как утвердительный ответ.
— Смотрите, доктор Кацураги, он поступил в инфекционное отделение клиники «Дживан» в крайне тяжёлом состоянии, — начала объяснять Ритика.
Слушая её, я подключил «анализ» и сразу определил причину его госпитализации. Судя по уплотнениям лёгочной ткани, у пациента была пневмония.
— Наши инфекционисты поставили ему тяжёлую пневмонию с резко выраженной дыхательной недостаточностью, — сказала профессор. — Он долгое время был подключён к аппарату искусственной вентиляции лёгких, но легче ему не становилось.
— До тех пор, пока не начали давать ему экспериментальный препарат? — догадался я.
— Да, — кивнула профессор. — Пульмонолог сделал вывод, что вероятность летального исхода больше семидесяти процентов. В сознание он не приходил, а потому родственники подписали согласие на приём моего антибиотика. Так он стал участником клинических испытаний.
— И как давно он уже находится в вашем стационаре? — поинтересовался я.
— Неделю, — улыбнулась Ритика Банзаль, упиваясь моим удивлением.
— Вы хотите сказать, что всего неделю назад он был в коме?
— Именно. Вот, взгляните на анализы. Мы сделали посев мокроты и определили, что в его лёгких был крайне устойчивый пневмококк.
Я пробежался глазами по результатам посева. Действительно, бактерия, судя по её устойчивости, просто неубиваемая. Сложно даже сказать, каким антибиотиком можно было бы пробить такую защиту.
— Мой препарат ослабил устойчивость бактерии, и иммунная система пациента самостоятельно справилась с задачей, — сказала профессор.
Но я всё же нашёл к чему придраться.
— Показатели печеночных трансаминаз сильно повышены, — подметил я. — У пациента нет заболеваний печени?
— Нет, доктор Кацураги, — вздохнула она. — Показатели поднялись сразу после начала приёма антибиотика.
— Значит, он гепатотоксичный, — подметил я. — Но это не повод его отменять. Таких антибиотиков целая куча, и ими активно пользуются, несмотря на риск повреждения печени. Просто нужно проводить курс приёма гепатопротекторов, и организм справится.
— Мы так и делаем, — кивнула Ритика.
Я ещё раз осмотрел пациента и сильно удивился, как всё-таки «нежно» подействовал этот антибиотик. В лёгких не осталось никаких признаков воспаления, и, если учесть, что мужчина пережил крайне тяжёлую пневмонию, дыхательная система на данный момент выглядела даже чересчур здоровой.
Мы перешли в следующую палату, где лежала беременная женщина.
— А вот это уже интересно, — нахмурился я, изучая историю болезни. — Профессор Базаль, в связи с чем беременной понадобился антибиотик?
— Гнойная рана правой голени, — пояснила она. — И сепсис.
— Сепсис при беременности? — вздохнул я. — Тяжёлая ситуация.
Заражение крови и для обычного человека опасно, но для беременной женщины — это огромный риск. Особенно для ребёнка, поскольку кровь матери и плода сообщаются через плаценту.
— Вижу, что по данным УЗИ, с плодом всё хорошо, — заключил я. — Ваш антибиотик проходит через плацентарный барьер?
И это очень важный вопрос. Оттого, проходит препарат через плаценту или нет, зависит, можно ли его давать беременным или же он им противопоказан.
Я всегда придерживался мнения, что беременных стоит оградить от любых лекарственных препаратов. Если, само собой, нет жизненно важной необходимости для их назначения. Поскольку проводить клинические испытания на беременных не гуманно и не всегда представляется возможным, сложно сказать, какие препараты могут навредить плоду, а какие нет.
А между тем существует огромное количество лекарственных средств, которые сильно уродуют будущего ребёнка, делая из него инвалида или вовсе приводя к смерти ещё в утробе матери.
— Да, доктор Кацураги, антибиотик через плацентарный барьер проходит, — сказала профессор Базаль. — И в данном случае это
- Спасите меня, Кацураги-сан! Том 7 - Алексей Аржанов - Героическая фантастика / Прочее / Попаданцы
- Сборник 'В чужом теле. Глава 1' - Ричард Карл Лаймон - Периодические издания / Русская классическая проза
- Блестящие разводы - Джун Зингер - Современные любовные романы
- Шанс для рода Шустовых. Том 3 (СИ) - Антон Кун - Попаданцы / Фэнтези
- Пилот и стихии - Антуан Сент-Экзюпери - Классическая проза