Песнь Света о черничной весне - Кира Цитри
- Дата:22.05.2026
- Категория: Любовные романы / Любовно-фантастические романы
- Название: Песнь Света о черничной весне
- Автор: Кира Цитри
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Персефона протянула ладонь и коснулась горячими пальцами руки Ниалла. Он вздрогнул от робких прикосновений и крепко сжал челюсть. Почему она так говорит? Зачем пытается так глубоко увязнуть в его черной душе? Почему он уже в который раз раскрывает себя и позволяет ей стать ближе? Нельзя позволить ей быть рядом с ним. Слишком далеко зашли их игры, заставляя вновь ожившими чувствами потихоньку таять его заледенелое сердце.
— Смертная жизнь слишком коротка. Тебе нужен тот, кто будет делать тебя счастливой. И это не я, Персефона. Это совсем не я! Мы зашли слишком далеко, переступили черту и должны остановиться, пока все не зашло еще дальше, -покачал головой Ниалл. Он поднялся, чтобы уйти, но девушка схватила его за руку. Ее голос дрожал, а сердце вот-вот выпрыгнуло бы из груди.
— Ты ошибаешься, Повелитель Света! Я бесконечно влюблена в боль. Быть может, я сумасшедшая, но никто, кроме тебя, не разделит это самое сумасшествие. И если ты сейчас вновь уйдешь и оттолкнешь меня, побоявшись чувств, я найду и хладнокровно убью тебя. Ты же видел, я цинично смотрела на смерть близких.
— А я разве тебе близок? — спросил Ниалл.
— Ты моя неожиданная боль, что защемила душу и оставила на ней шрам в виде солнца.
Ниалл поддел подбородок Персефоны пальцем, обводя контур губ и сказал:
— А ты мой обсидиановый клинок, лишивший разума. — Он запустил в ее волосы ладонь и наклонил голову, грубо впиваясь в дымные губы поцелуем. Плевать, что она Хаос. Его тело возбуждалось, стоило почувствовать запах черники. Он знал, что погубит ее, но никому не позволит прикоснуться к его Персефоне. Отныне, она принадлежит только ему. Прижавшись бедрами ближе, Ниалл прорычал:
— Я хочу тебя каждую секунду своей проклятой вечности!
Персефона судорожно вздохнула. Это было больше похоже не всхлип. От рычащих ноток глубокого вибрирующего голоса Ниалла ее тело покрылось мурашками, а внизу живота заныло. Вся обида стерлась от горячих слов. Она перекинула ноги через бедра Бога и села на него сверху, обхватив лицо ладонями. Губы впились в его — сладкие как сахарная вата. Горячий морской выдох растекся на языке пряной свежестью. Персефона спустилась на шею, прикусила нежную кожу, расстегнула пуговицы рубашки, обнажая ключицы. Пальцы Ниалла сильнее впились в ее тонкую талию, а ткань штанов оказалась слишком тесной. Бог поднялся, Персефона обхватила его талию ногами и, развернувшись, Ниалл прижал ее к стене.
— Укуси меня еще раз, цветочек! — горячо прошептал он и впился в пепельные губы жестким, лишенным нежности поцелуем. Таким, что у нее разом стерлись все мысли, а тело целиком покрылось мурашками, от кончиков пальцев до затылка.
Девушка зарылась пальцами в платиновые локоны и, оттянув их назад, открыла своему взору пульсирующую жилку на шее Повелителя Света. Он застонал, почуяв легкую боль, а потом она наклонилась, прикусила алебастровую кожу и тут же поцеловала место укуса. Гости танцевали, наложницы искали Ниалла взглядом, а он плавился в руках Персефоны, наслаждался грубостью, сжимал в ладонях ее бедра до красных на нежной коже следах. Тело засветилось, низ живота пульсировал. Пальцы Бога спустились ниже и коснулись влажной кожи.
— Жестокая маленькая смертная! — ухмыльнулся Бог. Под такое платье не носят белье и это привело Ниалла в восторг. — Такая сладкая. Моя!
Балконная дверь дернулась, но магия не позволила ей распахнуться. Послышался стук и голос брата.
— Ниалл, ты должен представить наложниц.
Персефона вздрогнула, вцепилась пальцами в плечи Ниалла и зажмурилась. Бог шумно выдохнул, обдавая шею Персефоны горячим дыханием. Адриан постучал настойчивее и через щель Бог увидел как на пальцах брата вспыхивает магия. Еще секунда, и он войдет сюда. Резко вытянув руку, он коснулся нити Света и пара ввалилась в комнату Повелителя Света. В ней царил полумрак. Из распахнутого настежь окна тянулся серебристый свет полной луны. Аромат цветущих роз заполнил легкие, оставил на языке приятную сладость, смешанную с соленым морским вкусом кожи Бога. Он бросил Персефону на кровать, схватил ее за лодыжку и притянул ближе, к самому краю. Горячие руки стянули туфли, губы накрыли ступню и обжигающими поцелуями он медленно поднимался выше.
— Что ты делаешь? — ахнула Персефона.
В руке Ниалла блеснул клинок. Девушка задрожала, ледяные глаза расширились от ужаса, но мужчина, облизнув губы, прошептал:
— Тебе не нужно меня бояться. Я не причиню тебе боль, — Ниалл усмехнулся, на дне лазурных глаз вспыхнул лукавый огонек. — Ты мне доверяешь?
Не дожидаясь ответа, острое лезвие взметнулось вверх и с характерным треском порвалась ткань на платье Персефоны. Она ахнула и запрокинула голову назад. Какое-то безумие — возбуждаться от острого клинка, зажатого меж длинных пальцев, от треска ткани и от касания холодного металла к ее горячей кожи. Безумие — быть в одной постели с Повелителем Света, влюбляться в него с каждым касанием, желать только его, хотеть его руки по всему телу. Он порвал ее платье и по телу будто полетели толпы бабочек.
— Этот цвет уродует тебя, цветочек.
Губы Ниалла коснулись лодыжки, сантиметр за сантиметром они поднимались все выше, лаская и дразня. Горячий язык коснулся напряженного живота, зубы сомкнулись на коже, заставляя Персефону прогибаться в спине. Она вскрикнула, когда губы Повелителя коснулись груди. Ногти впились в плечи, платиновые локоны рассыпались по шелковому белью.
— Ты сводишь меня с ума, — прошептала Персефона.
Ниалл усмехнулся и прохрипел:
— О, еще недостаточно.
Бог завел ладонь за спину Персефоны и, резко дернув ее на себя, перевернул и поставил на колени. Она вскрикнула, когда губы Ниалла скользнули по ее шее вниз, а ладони завели руки Персефоны за спину и крепко держали за запястья. Послышался звук открывающегося замка на брюках и уже через минуту девушка вскрикнула, запрокидывая голову назад. Ниалл двигался быстро, держа ее ладонью за горло, будто говоря: «Ты в моей власти».
— Как же я хотел тебя, Персефона, Хаос тебя раздери!
— Ты только мой, — твердо сказала она, повернув голову. Ниалл усмехнулся впился в ее губы поцелуем, а затем резко отклонился и прохрипел:
— Меня хватит на всех, дорогая.
Дернувшись вперед, Персефона выскользнула из цепкой хватки. Ниалл удивленно распахнул мутные от удовольствия глаза, а она, обхватив ладонью его член, облизнулась и опустилась на колени, смотря на Бога снизу вверх. Он вздрогнул, когда горячий язык скользнул по твердой плоти.
— Что ты творишь? — ахнул Ниалл.
— Ты только мой, — повторила
- Система уголовных наказаний в истории России и в современном зарубежном законодательстве - Инна Подройкина - Прочая научная литература
- Сборник 'В чужом теле. Глава 1' - Ричард Карл Лаймон - Периодические издания / Русская классическая проза
- Приключения с насекомыми - Ричард Хедстром - Биология
- Язык цвета. Все о его символике, психологии и истории - Кит Рекер - Зарубежная образовательная литература
- Легенда о Небесном мастере и Луне - Егор Фомин - Научная Фантастика