Форма входа
0/0
Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин
- Дата:25.01.2026
- Категория: Публицистика / Прочая религиозная литература / Самосовершенствование / Науки: разное / Религия: христианство
- Название: Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости
- Автор: Максим Глебович Калинин
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Уважаемые читатели!
Тут можно читать бесплатно Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин. Жанр: Публицистика / Прочая религиозная литература / Самосовершенствование / Науки: разное / Религия: христианство. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн книги без регистрации и SMS на сайте Knigi-online.info (книги онлайн) или прочесть краткое содержание, описание, предисловие (аннотацию) от автора и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Описание онлайн-книги Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин:
Книга написана авторами популярного подкаста Arzamas «Отвечают сирийские мистики» Максимом Калининым (филолог, переводчик, старший преподаватель Института классического Востока и античности Высшей школы экономики, шеф-редактор АНО «Познание») и Филиппом Дзядко (писатель, филолог, автор романа «Радио Мартын», сооснователь и бывший главный редактор просветительских проектов Arzamas и «Гусьгусь»).Книга построена в форме диалога и разделена на главы, в которых рассмотрены такие важные темы, как природа зла, любовь к ближнему, чувство вины, выгорание, критика, страх, успех, радость.На протяжении человеческой истории всегда были периоды, когда миллионы людей теряли опору и надежду. Подобной эпохой для многих народов стал VII век. Империи, представлявшиеся вечными, оказались бессильны перед арабским нашествием. Разрушение устоявшихся веками общественных отношений, стремительная смена власти, религии, языка на территориях, занимаемых Халифатом, заставляли людей поверить в то, что конец света близок.Как найти смысл в мире, где твоя вера терпит поражение? Можно ли обрести любовь в обществе, где глаза у всех наполнены усталостью, а ум – тревогой? Как ни странно, именно тогда появились люди, которые не только утверждали, что в основе мира лежит любовь, но находили способы ее обрести в эти трудные времена. Эти люди – сирийские мистики.Их мудрость помогает найти ответы на сложные вопросы, которыми мы часто задаемся сегодня.Для когоДля неравнодушных к тому, что происходит, для запутавшихся, выгоревших, не понимающих, как им быть и правильно ли они живут, для ищущих ответы на сложные и важные вопросы.
Читем онлайн Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
Тиматеосу было нужно, чтобы эти люди отказались от своих слов. Или же их следует отлучить от Церкви. Эти обстоятельства стали поводом к созыву собора 787 года. И, собственно, Иосиф Хаззайа и Иоанн Дальятский, а также более ранний автор Иоанн Апамейский были преданы анафеме (видимо, уже посмертно, но Иосиф Хаззайа, может быть, и при жизни), а их тексты должны были изыматься из монастырей.
Филипп: Это довольно сильная репрессия для монаха – анафема! Да еще и запрет на память о нем и о его проповеди.
Максим: Да, если угодно, наши мистики оказались диссидентами, которых подвергали преследованиям. Они писали тексты, они полемизировали. Были люди, которые, видимо, от них отказывались и их предавали. У Иосифа Хаззайи был ученик Несторий Нухадрский, который написал его житие. Этот Несторий в какой-то момент от католикоса Тиматеоса получил епархию. И он, прежде чем вступить в эту должность, отрекается от Иосифа.
Филипп: То есть для того, чтобы получить модный приход, он отрекается от своего учителя?
Максим: Даже не приход, отдельную общину, а епархию – большую территориальную единицу. А после смерти католикоса Тиматеоса пришел патриарх Ишо бар Нун. Он был как раз последователем Иосифа Хаззайи и все эти анафемы снял. Как всегда бывает: после периода репрессий приходит другой период. И до нас дошел еще один текст, в котором Несторий свидетельствует верность учителю. Может быть, Несторий в этот момент почувствовал свободу и стал говорить: «Да, я ученик Иосифа Хаззайи, носитель традиции». Может быть, все было как-то иначе, мы не знаем[64].
Филипп: Какая потрясающая история. А были истории, когда с мистиками так поступали при жизни? Как тогда они справлялись с гневом, вызванным несправедливостью?
Максим: Есть история про раббана Афнимарана, который тоже был мистиком. Монахи взбунтовались против него, свергли его с настоятельства, положили на носилки и вынесли с поминальными песнопениями из монастыря (имея в виду, что он умер, он больше никто). Они выбросили его на пастбище для ослят, то есть как бы с максимальным бесчестьем выгнали с должности. Что делает Афнимаран? У него не было фейсбука, был бы у него фейсбук – он ничего бы не стал писать, судя по его мистической доктрине. Он пошел и основал новый монастырь, вокруг него снова собрался круг учеников, и его учение продолжило распространяться. Вот это пример действия. В тишине сирийских мистиков мне всегда слышался призыв к действию. Когда они живут в келье или вовсе уходят в дикие места, они ни с кем не общаются, ни на что не реагируют – ни на политические события, ни на личные. Но когда жизнь этих мистиков выбрасывала из их келий, они показывали пример того, как нужно действовать. И меняли реальность теми способами, какими могли это сделать. Они следовали доктрине Феодора Мопсуестийского, по которому слова «да будет воля Твоя на земле, как на небе» из молитвы «Отче наш» – это не пассивное принятие обстоятельств в духе присказки «на все воля Божья», а намерение землю преображать[65]. Поэтому оборотная сторона сирийской мистики – это побуждение к поступку.
Филипп: Это и есть добродетель мужества, о которой мы говорили?
Максим: Решительность действия – это проявление мужества. Исаак Сирин не пошел бы, видимо, на городскую площадь и не стал бы высказываться. Но вот, например, я молодой сирийский мистик, который хочет следовать по его стопам. И сначала я думаю так: «Я не буду высказываться, потому что Исаак Сирин учил не вмешиваться в политические дела». Но тут я оглядываю свою душу и вижу: «А ведь во мне говорит помысл трусости. Я-то на самом деле просто боюсь это сделать – а сам ссылаюсь на опыт Исаака Сирина». Сирийские мистики, следуя за Евагрием, ожидали от человека мужества. Ведь для того, чтобы бросить все и уйти в пустыню, нужна была смелость. Если я не достиг уровня Исаака Сирина, и не могу полностью отрешиться от всего, и при этом вижу в себе помысл трусости, я должен его преодолеть. И если я в своем монастыре или городе ношу какое-то священное звание или имею полномочия говорить, я выхожу и говорю: «Бисмилляхи рахмани-р-рахим», «Во имя Бога милостивого и милосердного (это, правда, по-арабски, но они уже переходили на арабский тогда), я свидетельствую, что этот поступок несправедлив». Это тот вариант событий, который я могу себе представить. И в то же время, как я уже сказал, даже самые затворнические из мистиков, когда требовала ситуация, так или иначе действовали.
Филипп: Это тот способ превращения, казалось бы, бесплодного, несчастного, обреченного гнева в какую-то новую субстанцию, а именно в мужество.
Максим: Да, потому что мужество – это добродетель раздражительной части души, которая отвечает за трансформацию: трусости – в смелый поступок, истерики – в ровный, спокойный жест наставника, обиды – в действие, направленное на преображение реальности. Это модель, вытекающая из сирийской мистики.
Глава 4
Природа зла,
или
Почему Бог допускает эпидемии, войны и прочие ужасы?
Филипп: Мой дедушка писатель Феликс Светов в 1970-х годах написал роман, который называется «Дети Иова». В СССР он, конечно, напечатан быть не мог и ходил в самиздате. Действие известной всем истории переносится в ХХ век. Это довольно страшная книга. Но вообще и библейская Книга Иова – одна из самых страшных книг, которые я читал в своей жизни. История о беспорочном человеке, идеальном праведнике, о котором Сатана поспорил с Богом – что будет, если отнять у него все. Эта книга ставит самый большой и страшный вопрос: «Бог, как ты мог это позволить?» Наши авторы (мне уже хочется сказать «друзья»), сирийские мистики, знали Книгу Иова и наверняка тоже пытались понять, откуда в мире зло?
Максим: Они ее, безусловно, знали. Более того, они сами разыграли сцену, там описанную. Я уже говорил, что это движение возникло в VII веке, в эпоху ожидания очередного конца света, причем тогда оно было особенно сильно. В то время арабы стремительно завоевывали Ближний Восток, и результатом были страшные бойни – буквально реки крови и горы трупов, которые мистики видели своими глазами. Современник Исаака Сирина Йоханнан бар Пенкайе попытался по просьбе своего настоятеля написать краткую историю мира, дать ей религиозное осмысление и понять, за что же их народ постигли все эти бедствия. В своей хронике он следует такой схеме: все, что происходит, – это наказание Божье за грехи людей. На земле накопилось столько грехов, что дальше просто некуда и исход может быть только один: конец света.
Филипп: Но ведь эта идея пронизывает и библейские тексты?
Максим: Да. В книгах Ветхого Завета от Второзакония и до Четвертой книги Царств, все события развиваются по классической схеме: народ служит Богу – Бог народу помогает – народ забывает Бога – Бог посылает ему бедствия – народ вспоминает Бога и начинает ему служить – Бог помогает народу – и так далее. То есть ответ на вопрос о природе зла очень простой: поступаешь праведно – у тебя все хорошо, поступаешь нечестиво – у тебя все плохо. Соответственно, если с тобой случилось что-то плохое, это наказание за твои грехи.
Филипп: Пожалуйста, скажите, что и по этому поводу сирийские мистики думали иначе.
Максим: Они были с таким взглядом категорически не согласны. И, можно сказать, яростно на эту тему спорили.
Филипп: Хотя мы только что говорили, что Исаак Сирин запрещал читать фейсбук того времени и просил не участвовать в спорах.
Максим: Да, но когда Сирин сталкивался с тем, что его особенно возмущало, у него включался настоящий полемический задор. Идею, что на любовь Бога к миру может что-то повлиять, что Бог может за что-то мстить или наказывать, он считал страшным кощунством. «Хотя и было, когда не было творенья, но никогда не было, чтобы Бог не имел бы Своей любви к нему», – писал он[66]. А Иосиф Хаззайа, представитель следующего поколения сирийских мистиков, говорил, что он взвесил на весах божественную любовь и божественную справедливость и любовь оказалась как гора, а справедливость – как песчинка[67].
Филипп: Как это хорошо сказано. Но ведь и в Книге Иова подвергается сомнению железобетонная парадигма справедливого воздаяния за грехи?
Максим: Да, в Книге Иова как бы три группы участников. С одной стороны, это Иов, который предъявляет
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин бесплатно.
Похожие на Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости - Максим Глебович Калинин книги
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Федеральный закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» - Коллектив авторов - Юриспруденция
- Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" - Законодательство России - Юриспруденция
- Как раскрутить Instagram - Ларченко Алексей - Бизнес
