Мать Россия! прости меня, грешного! - Иван Дроздов
- Дата:25.06.2026
- Категория: Приключения / Исторические приключения
- Название: Мать Россия! прости меня, грешного!
- Автор: Иван Дроздов
- Год: 2002
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Аудиокнига "Мать Россия! прости меня, грешного!"
📚 "Мать Россия! прости меня, грешного!" - захватывающая историческая аудиокнига, написанная талантливым автором Иваном Дроздовым. В центре сюжета - главный герой, чья судьба переплетается с историей России, любовью и предательством.
🎧 Слушая эту аудиокнигу, вы окунетесь в мир интриг, страсти и борьбы за выживание. Герой сталкивается с трудностями и испытаниями, которые заставляют его задуматься о своих поступках и истинных ценностях.
🌟 "Мать Россия! прости меня, грешного!" - это история о любви к родине, о верности и преданности, о том, как один человек может изменить ход истории.
Об авторе:
Иван Дроздов - талантливый писатель, чьи произведения покоряют сердца читателей. Его книги полны глубокого смысла, захватывающих сюжетов и живых персонажей.
📖 Не пропустите возможность окунуться в мир приключений и загадок вместе с аудиокнигами Ивана Дроздова!
На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать лучшие аудиокниги на русском языке. Здесь собраны бестселлеры различных жанров, которые подарят вам удивительные эмоции и незабываемые впечатления.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
И без всякой паузы, обращаясь к Наталье:
— Милочка! Что вы намешали тут нашему гостю? Какой такой соорудили эликсир?
Наташа испуганно взглянула на Курнавина, вопрос Ингриды Яновны застал её врасплох и порядочно напугал. На столе стоял графин с напитком. Наташа и Курнавин вдруг, в один момент, из гостей превратились в подследственных.
Курнавин сказал:
— Обыкновенный медовый напиток. Прежде русские воины перед битвой медовую сыту давали и коням. Мёд прибавлял им силы и стойкости в бою.
— Но вы, верно, и ещё что-нибудь подмешали? Я вижу по цвету. И чувствую по вкусу, — тут есть кислый фермент.
Беседа принимала форму допроса. Наташа ещё больше краснела, тревожилась. Чугуев, Морозов и родители Бориса чувствовали себя неловко.
Курнавин спокойно, не замечая тона хозяйки, отвечал:
— Да, я влил в графин яблочного уксуса, — по Джарвису. Может, слышали американского автора; он рекомендует мёд в сочетании с яблочным уксусом. Напиток, богатый калием.
— Я слышал, и даже читал книгу Джарвиса, — оживился профессор. — Она издана в Румынии. Там у меня есть ученики, и один из них прислал мне эту редкую и, как я понял, замечательную книгу, она называется: «Мед и другие естественные продукты».
— Слов нет, калия в яблоках много, — и вообще, яблоко — волшебный фрукт, его обыкновенно несут в числе первых продуктов больным, но я реалистка, люблю во всём порядок.
И, обращаясь к профессору:
— Вы, Пётр Ильич, как вообще относитесь к самолечению? Давайте начистоту: кто такой Джарвис, кто позволил ему составлять рецепты, давать рекомендации, поучать, наставлять? Издан в Румынии! А у нас?.. Покажите мне книгу, изданную в нашем советском издательстве. Да так, чтобы автора представил авторитетный учёный. Я бы тогда поверила, могла бы и сама затем предлагать другим, рекомендовать. А то извольте, пожалуйста: родилось в Америке, издано в Румынии, утверждено и оформлено неизвестно кем.
— В Румынии, — сказал Чугуев, — находится Международный институт технологии и экономики пчеловодства. Там есть авторитеты, специалисты.
— Ах, эти уж мне авторитеты! Как часто мы попадаем впросак, доверяясь им слепо. Ну, ладно, хватит соловья кормить баснями, прошу всех к столу, будем пить чай, — напиток, в полезности которого ни у кого нет сомнения.
Она убрала графин, принесённый Натальей, стала разливать чай. Борис Качан нахмурился, опустил голову. Резкий тон хозяйки его раздражал; ему совестно было и обидно за друга, — за то, что у Владимира такая бесцеремонная, агрессивная в своём невежестве жена. Она имела характер глубоко консервативный, совсем неподходящий к природе её служебных занятий. Максимализм во взглядах, безапелляционность суждений особенно отчетливо рисовались на фоне её мужа, — кстати, Владимир был моложе Ингриды на три года, — сдержанного и тактичного в беседах. Владимир несколько лет работал в клинике Чугуева, близко наблюдал своего учителя, на редкость вдумчивого, внимательного и пытливого учёного, — может быть, от него, шагнувшего ко всемирной славе из глубин народа, установилась в характере Морозова ровность и терпимость, способность слушать и извлекать из жизненного потока информации всё для себя полезное, — предельная, доброжелательная внимательность к человеку, каков бы он ни был по званию и положению. Он никогда не спорил с женой, но и редко с ней соглашался. Терпел её характер.
И в данном споре Морозов, как и все, занимал нейтральную позицию, и по праву хозяина широким жестом приглашал гостей к столу. Борис двинулся первым, и так у него вышло, что сел он между Наташей и Курнавиным.
Время было позднее, беседа за ужином не клеилась, и вскоре все разошлись. Первой поднялась Наташа, извинилась и, сказав, что рано встает корову доить, ушла.
Пошёл в кабинет хозяина и Борис. Елена Евстигнеевна устремилась было за ним, но Борис резко и не очень вежливо сказал:
— Ложись спать, мама, я чувствую себя хорошо.
В кабинете сел за письменный стол, обхватил руками голову. Чувствовал себя скверно — так плохо ему ещё никогда не было. Перед глазами стояла одна картина: самонадеянный, всезнающий Курнавин и рядом с ним — Наташа. Ничего не мог представить себе более нелепого, противоестественного: седой, помятый жизнью старик, серебристый хек, — пришло на ум сравнение. И она, молодая, цветущая и такая красивая.
Без стука вошёл к нему Владимир.
— Извини, Борис, я тут книжечку подберу, почитаю перед сном.
— Не начитался за неделю. Спал бы тут больше.
— Представь — плохо спится. Первые час-другой заснуть не могу. Потом среди ночи вдруг просыпаюсь. Скверно, а что поделать?
— В чём же причина? Мы — молодые, можно сказать, только жизнь начинаем — что же дальше будет?
— Гиподинамия, брат. Сидячий образ жизни, недостаток движений, кислорода. Прелести цивилизации, городской жизни.
— А как бороться с бессонницей? У меня тоже бывает. И как ещё маюсь!..
— Обратный порядок жизни наладить: движение, природа, диета. Когда у нас в клинике заходит об этом разговор, наш профессор Сергей Сергеевич Соколов обыкновенно приводит какую-нибудь крылатую фразу из учения мудрецов. Иногда читает из «Фауста» монолог Мефистофеля. Я его запомнил наизусть. Послушай:
Способ без затрат,Без ведьм и бабок долго выжить.Возделай поле или сад,Возьмись копать или мотыжить.Замкни работы в тесный круг.Найди в них удовлетворенье.Всю жизнь кормись плодами рук,Скотине следуя в смиренье.Вставай с коровами чуть свет,Потей и не стыдись навоза, —Тебя на восемьдесят летОмолодит метаморфоза.
— А если серьёзно, — твой-то учитель, Чугуев, наверное, знает. У меня такое впечатление, что он всё знает.
Владимир оторвался от книжной полки, сел на диван. Нажал поочерёдно на все четыре клавиши большого в полстены электрического камина. Иллюзия пламени засветилась в топке.
Сделав вид, что не заметил иронии в голосе друга, Морозов в раздумье заговорил:
— Не мудрено, что Пётр Ильич много знает: за ним почти шестидесятилетний опыт практической врачебной работы.
— Ему так много лет?
— В октябре восемьдесят пять стукнет.
— И он всё ещё работает?
— Занимает три должности.
— Вот именно: занимает!.. Ты извини меня, — он твой учитель, — но в таком возрасте занимать три должности! Какие же это должности?
Владимир и на этот раз пропустил мимо ушей всю желчь и скепсис в словах друга; хотел бы сказать ему: «А ты если не знаешь, так и не суди», но сказал другое, — продолжал в том же спокойном, благодушном тоне:
- Сборник 'В чужом теле. Глава 1' - Ричард Карл Лаймон - Периодические издания / Русская классическая проза
- «Существованья ткань сквозная…»: переписка с Евгенией Пастернак, дополненная письмами к Евгению Борисовичу Пастернаку и его воспоминаниями - Борис Пастернак - Биографии и Мемуары
- О хирурге. Хирурга жизнь – совсем не мёд - Александр Графов - Русская современная проза
- Комментарии к «Евгению Онегину» Александра Пушкина - Владимир Набоков - Критика
- На дне колодца. На вершине горы - Денис Тихий - Социально-психологическая