Фантастическая Русь. От кикимор романтизма до славянского киберпанка. Славянские мифы и фольклор в искусстве и масскульте XVIII–XXI веков - Федор Михайлович Панфилов
- Дата:11.08.2026
- Категория: Культурология / Мифы. Легенды. Эпос
- Название: Фантастическая Русь. От кикимор романтизма до славянского киберпанка. Славянские мифы и фольклор в искусстве и масскульте XVIII–XXI веков
- Автор: Федор Михайлович Панфилов
- Просмотров:1
- Комментариев:0
Аудиокнига "Фантастическая Русь. От кикимор романтизма до славянского киберпанка. Славянские мифы и фольклор в искусстве и масскульте XVIII–XXI веков"
📚 В аудиокниге "Фантастическая Русь" автор Федор Михайлович Панфилов погружает слушателей в удивительный мир славянских мифов и фольклора, исследуя их влияние на искусство и массовую культуру с XVIII по XXI век.
🌟 Главный герой книги – русская культура, насыщенная магией и загадками, которая вдохновляла художников, писателей и режиссеров на создание удивительных произведений искусства.
🎧 На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать аудиокниги онлайн на русском языке. Здесь собраны бестселлеры и лучшие произведения различных жанров, включая книги по культурологии.
🔍 "Фантастическая Русь" погружает вас в увлекательное путешествие по истории и культуре, раскрывая тайны древних мифов и их влияние на современное искусство. Эта аудиокнига станет отличным компаньоном для любителей фольклора и фантастики, а также для тех, кто желает глубже понять русскую культуру и ее корни.
Об авторе:
Федор Михайлович Панфилов – исследователь русской культуры, писатель и лектор. Его работы посвящены изучению мифов, легенд и фольклора, а также их влиянию на современное искусство. Панфилов является автором нескольких книг, пользующихся популярностью у читателей и слушателей.
Не пропустите возможность окунуться в увлекательный мир славянских мифов и фольклора с аудиокнигой "Фантастическая Русь" на сайте knigi-online.info!
Культурология
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Впрочем, без намеков на Бабу-ягу не обошлось и в других, более известных произведениях Миядзаки. На нее похожа носатая ведьма Юбаба (Ya Baba) из знаменитого мультфильма «Унесенные призраками» (2001), явно обязанная Бабе-яге своим именем. А в «Ходячем замке Хаула» (2004) появляется стимпанковский родственник избушки на курьих ножках.
Англоязычная критика часто сопоставляет замок из фильма Миядзаки именно с избушкой Бабы-яги, прежде всего из-за длинных «птичьих» ног[245]. В оригинальной повести Дианы Уинн Джонс замок описан иначе – как высокая и уродливая башня волшебника, сделанная из огромных черных кирпичей разной формы.
Стоит отметить, что внутренний рынок популярной культуры в Японии, Корее и Китае в значительной степени замкнут на собственной мифологии, хотя активно воспринимает и переваривает образы из западного масскульта. Безусловно, там находится место переосмыслению истории и мифов разных народов мира, начиная с Александра Македонского и Гильгамеша. Однако, хотя существует манга под названием «Баба-Яга», а в китайской мобильной игре Honkai Impact 3rd есть злодейка из Белоруссии по имени Сирин, русские и славянские персонажи в основном не связаны с фольклором и мифологией.
* * *
Вот мы и познакомились с тем, как фантастическую Русь представляют за пределами России. Эта глава – не исчерпывающий каталог всех возможных упоминаний и отсылок. Однако вряд ли вы встретите где-то еще такой же объем сведений по теме, объединенных и структурированных.
Нас часто и смешит, и оскорбляет то, как в зарубежном восприятии показана русская культура. Это касается как русского фольклора, так и славянской мифологии в целом. Ох уже все эти странные и гротескные стилизации, полные ошибок. Все эти искаженные образы и черты. Ну просто «развесистая клюква», как любят называть подобные стереотипные образы.
Рискну высказать, возможно, не слишком популярную точку зрения. В «клюквенном» представлении как славянского, так и конкретно русского фольклора, не стоит по умолчанию видеть что-то дурное и злокозненное. Да, если подобные интерпретации используются именно для того, чтобы представить русскую культуру в негативном ключе – ничего хорошего в подобном подходе нет. Но все, как обычно, зависит от контекста. Мы сами зачастую крайне смутно представляем себе культуру различных народов, видим ее через призму стереотипов и клише. И это вполне нормально для восприятия чужого, другого, непривычного. А «развесистой клюквы» хватает в нашем собственном масскульте, где фольклорные образы нередко показаны в слащаво-праздничном варианте.
Что касается источников, то, как вы сами могли заметить, прочитав эту главу, информации о фантастической Руси на том же английском языке не так много. Даже русские сказки начали переводить только в конце XIX века. Причем зачастую пересказывая их на свой лад, пытаясь хоть как-то адаптировать. Не говоря уже о том, насколько противоречивыми могут быть те самые источники. Поэтому возмущение по поводу дикости зарубежных представлений о русском фольклоре иногда похоже на эпизод из «Соло на ундервуде» Довлатова. Там, где русский эмигрант пытается говорить с американским мальчиком в лифте: «Русского языка не понимает? Совсем не понимает? Даже четвертый этаж не понимает?! Какой ограниченный мальчик!»
Будем откровенны – доля славянского и тем более русского фольклора в мировой массовой культуре невелика, капля в море, особенно по сравнению с античными мифами, кельтскими или скандинавскими преданиями. При взгляде на это невольно опускаются руки. Но капля камень точит, и любые последовательные усилия могут принести свои плоды.
Интерес к фантастической Руси, безусловно, есть и за пределами России. Правда, существует популярная точка зрения, что зарубежный потребитель хочет видеть только стереотипные, легко узнаваемые образы. Или что он готов принять незнакомое только в том случае, если облечь славянскую мифологию в привычные для западного масскульта формы. В этом есть доля правды. Однако воспроизведение одних и тех же образов – тупиковый путь. Бесконечные матрешки, пляшущие девушки в синтетических кокошниках и прочий эстрадно-витринный фолк со временем набивают оскомину. Помимо привычного, люди с тем же успехом могут интересоваться чем-то необычным, новым, экзотичным. А значимость грамотной, разносторонней и яркой популяризации русской культуры только возрастает в условиях геополитических перемен и попыток отмены всего русского, ставших частью повседневной реальности в XXI веке.
Чтобы уравновесить «развесистую клюкву» и вырваться из замкнутого круга стереотипов, на мой взгляд, необходимо постоянно создавать новое. Даже надоевшие клише, связанные с русским фольклором, можно преподнести иначе, заставить их заиграть свежими красками, представить с неожиданной стороны, так, чтобы уязвимости превратились в сильные стороны. Такой подход может быть эффективнее, чем оскорбленно замыкаться в себе или потрясать кулаком в сторону заморских обидчиков.
Нужно показывать миру разнообразную – и уникальную в своем разнообразии – фантастическую Русь. И нестерпимо яркую, праздничную, сверкающую золотом Жар-птицы и белизной свежего снега, пламенеющую алой кровью. И сурово-мрачную, с темными историями из страшных сказок, где за безысходностью теплится надежда. Спектр возможностей очень велик. Главное – не стесняться своей индивидуальности и уникальности. И тогда, возможно, представление о русском фольклоре не будет сводиться к Бабе-яге в пляшущей избушке.
Глава VII
На распутье. Фантастическая Русь XXI века
В начале нулевых славянское фэнтези по инерции переживало подъем, но затем его популярность испытала некоторый спад. Книги такой тематики по-прежнему занимали свою нишу на книжном рынке, однако явно уступали переводным. Конечно, не переставали издаваться авторы, большинство из которых заявили о себе еще в 1990-е годы. Мария Семенова продолжала цикл о приключениях Волкодава, а Дмитрий Скирюк – тетралогию о валашском знахаре Жуге. Выпускала новые книги в жанре исторического славянского фэнтези Ольга Григорьева. Елизавета Дворецкая помимо чистого фэнтези создала серию исторических романов о княгине Ольге. Публиковались книги Юрия Никитина из бесконечного цикла «Трое из Леса». К образам славянской мифологии также обращались в своих книгах белорусские писательницы Ольга Громыко и Ника Ракитина.
Очередной скачок интереса к славянскому фэнтези приходится на 2020-е годы. На это повлияли разные факторы. Это и очередной виток поисков национальной идентичности. И ситуация на рынке, где после 2022 года переводных книг стало меньше, а русскоязычный сегмент, наоборот, вырос. Отдельно стоит отметить развитие фэнтези, основанного не только на славянском фольклоре, но и на мифологии других народов России. Но эта тема уже выходит за рамки моей книги и заслуживает отдельного рассказа.
Другой интересный момент – явное преобладание писательниц над писателями в сегменте славянского фэнтези, до этого не столь очевидное. Наконец, книгоиздатели этого периода, кажется, вновь осознали значимость иллюстраций и общего оформления книги для привлечения внимания нового поколения читателей. Поэтому многие произведения в жанре славянского фэнтези довольно
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Геополитическая концепция истории России П. Н. Савицкого - Александра Матвеева - Прочая научная литература
- Русский фольклор.Песни, сказки, былины, прибаутки, загадки. игры, гадания, сценки, причитания, пословицы и присловья - В. Аникин - Древнерусская литература
- Картинная галерея (сборник) - Михаил Пухов - Научная Фантастика