Дилогия Дочь Бересклета - Екатерина Белова
- Дата:22.03.2025
- Категория: Любовные романы / Любовно-фантастические романы
- Название: Дилогия Дочь Бересклета
- Автор: Екатерина Белова
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Абаль рассмеялся своим фирменным бархатным смехом и лукаво посмотрел на ее мать.
— Мастер Гербе невероятно талантлива, неужели она не сможет ничего придумать?
Лицо у него сделалось нехорошо лукавым, как у злого мальчишки, хотя расслабленно пальцы путались у Ясмин в волосах. Молодежь, как и обычно реагирующая почти на каждый поворот головы Абаля, затихла, жадно наблюдая противостояние. Противостояние, которое началось задолго до рунного круга, как теперь понимала Ясмин. Эти двое успешно пикируются не первые сутки, перекидывая друг другу мяч, слепленный из недомолвок и нелюбви.
Мама с усилием засмеялась.
— Я талантлива и кое-что придумала, но я помогаю своим детям, а не чужим.
— А давайте меняться, мастер, — с искусственным азартом предложил Абаль. — Вы поможете парочке чужих детей, а я забуду, что Судья исполняет приказы совести, а не Примула?
И Ясмин вдруг поняла, что Абаль знает, кто убил главу Астера. Знает и без зазрения совести шантажирует ее мать, одновременно пытаясь уберечь от правды ее саму. Это было настолько жестоко и трогательно, что она даже опешила. В какой-то мере мама была права. В голове у Абаля творилась очень сложная ерунда.
В гляделки мама проиграла. Опустила глаза и согласилась:
— Всем чужим детям я не помогу, только тебе, если ты готов стать частью Бересклета.
— Получается, помочь-то вы можете? — уточнил Хрисанф
Мама усмехнулась. Обвела взглядом настороженные семьи Древотока и Катха, и кивнула:
— Та метка, которую ты мне оставил, — она мельком взглянула на Абаля. — Неплохо придумана. Изобретение Файона? Разумеется, его… С десяток меток я уже сделала, но они настроены на Бересклет, чтобы ни у кого не возникло желания взять чужое.
— А мы, значится, останемся туточки? — Хрисанф перестал изображать вежливость и набычился.
В темноте глаз мелькнула та полузабытая опасность, которую чуяла в нем Ясмин в свои первые дни в этом мире. Верн непокорными глазами смотрел на Ясмин, не отводя глаз.
— Я заберу вас сразу, как вернусь и получу новые метки, — лениво заверил Абаль Хрисанфа, мельком глянул на Верна: — Слово Судьи.
Верн послушно опустил голову.
* * *
Обвенчали их тем же вечером.
Время в небытие текло странно, а пространство то растягивалось, то сокращалось, и Ясмин чувствовала себя клеткой какого-то неведомого организма, который не ловит глаз. Настолько велик, настолько величественен он был. Можно было войти из рунного круга в мамину лабораторию, а после вышагнуть сразу в сад, хотя они видели, что сад был уничтожен яростью богов Бересклета. А вечер длился и длился, и никто не чувствовал усталости, вынимая словно из воздуха предметы быта, старые книги, алое полотно… В это полотно завернули Ясмин, наподобие сари, а едва она открыла рот, положили на язык ядовитую ягоду бересклета. Она протестующе пискнула, но мама успокаивающе погладила ее по руке:
— Бересклет принял тебя, Бересклет не уничтожает своих.
О… Главы могут многое. По-настоящему многое. К примеру Ясмин выяснила, что может загнать себя в кому, уйти без тела на другой конец страны, приказать подчинённым Бересклету растениям и даже обвенчать саму себя. Теоретически.
Практически ее с Абалем обвенчал Илан, старательно читая слова древней клятвы и размазывая кровь жертвенной сойки по их запястьям. Ясмин давила тошноту, избегая взглядом алтаря, где прикончили птицу. Абаль загородил его, но Ясмин продолжала видеть мертвую сойку даже под закрытыми веками.
Церемония венчания включала в себя ритуальный танец, круговой ход по кругу Богов, который те вкладывают в голову новобрачных, и распитие алкоголя неясного происхождения, в который, кажется, накапали крови. Ясмин сначала отказалась, но мама хлопнула ее пониже спины, как маленькую.
— Пей, детка, не упрямься.
Всю церемонию, она страшно боялась смотреть на Абаля. Что бы он не говорил про свадьбу, но женился он прямо сейчас и ради возвращения домой. Мама ясно дала понять, что метка рассчитана только на Бересклетов, так что у Абаля было не очень много шансов вернуться обратно иным способом.
— Послушай, — спросила она шепотом, невозмутимо глядя в сторону, — если ты глава Спиреи, как ты можешь стать частью Бересклета?
Она хотела спросить, ты не против? Ты действительно хочешь этого? И Абаль словно услышал:
— Я делаю это, потому что хочу, — развернул ее к себе и жадно поцеловал.
Дыхание у Ясмин застряло в горле, и возражения, просьбы, мольбы превратились в птичий клёкот. Абаль с трудом оторвался от поцелуя и судорожно зашептал, что скрепление уз лучше провести здесь, потому что в Варде их достанут своими нравоучениями. Будут ходить и возмущаться, пока не протопчут жёлоб через Тихий квартал к их дому.
— Да соединят боги вашу кровь воедино… Целоваться во время церемонии не положено, — буркнул Илан и перелистнул страницу катехизиса. — Так… Дети воды и солнца, придите к своим богами и станьте на колени пред их ликом…
Айрис весело хмыкнула и опрокинула на них корзинку с лепестками флоксов и герберы. Она выглядела умиротворенной и была очень мила, хотя Ясмин чувствовала на себе неотпускающий взгляд Верна. Но Верн, пусть и ненадолго, оставался с Айрис, а Ясмин становилась замужней госпожой, что смешным образом улучшило отношения сестер. Айрис даже простила Верну его взгляды, поскольку он был послушным и соблюдал этикет.
Перед возвращением в Астрель Ясмин взяла в оборот маму на предмет различных целебных настоек и лекарств, но та упорно называла ее деткой и отшучивалась. Лекарства, впрочем, дала. Одно для Эгира, второе, в виде крупного бледного цветка, для матери Абаля. На маму это было не очень похоже, и Ясмин вдруг подумала, что она перестала называть ее по имени. Все детка, да детка. В груди кольнуло, и ту же погасло.
Она не успела додумать мысль, потому что мама передумала и отдернула цветок, глядя на Абаля.
— Десятилетие на него потратила, — сказала она ворчливо. — А теперь раз и отдай.
— Ну ладно, не давай, — тут же отступила Ясмин.
И мама тут же сделалась виноватой, и через несколько минут отдала и цветок, и собственную рукопись с новооткрытыми веществами, которые даёт Чернотайя. И целую тьму каких-то склянок, колб и пузырьков. И все это без учёта жизненного скарба, который всучили юным ростках Катх и Древоток. Абаль оглядел творящееся безобразие с усмешкой, а после с беспрецедентной вежливостью поблагодарил мастера Гербе за доброту, проявленную к его матери. Любезность в его исполнении выглядела, как атака на поражение. В процессе шутовских прений, Абаль все так же ненавязчиво отжал у Древотока останки древней связи с Вардой и клятвенно пообещал, что связь останется. Но между Ясмин и ее матерью.
Маму и это не проняло. Абаль числился в ее
- Сборник 'В чужом теле. Глава 1' - Ричард Карл Лаймон - Периодические издания / Русская классическая проза
- Лоза Шерена - Анна Алмазная - Фэнтези
- Голосеменные растения - Владислав Сивоглазов - Биология
- Я не собирался убивать - Джон Кризи - Детектив
- Арабески ботаники. Книга вторая: Томские корни - Андрей Куприянов - Природа и животные