Мемуары Питера Генри Брюса, эсквайра, офицера, служившего в Пруссии, России и Великобритании - Питер Генри Брюс
- Дата:30.03.2026
- Категория: Биографии и Мемуары / Историческая проза
- Название: Мемуары Питера Генри Брюса, эсквайра, офицера, служившего в Пруссии, России и Великобритании
- Автор: Питер Генри Брюс
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Из Копенгагена мы отплыли рано утром 12 октября под свежим северным ветром и на следующий день прибыли в Варнемюнде в Мекленбурге. Вся армия сошла на берег в тот же день и разбила лагерь. Через два дня после нашего отплытия из Копенгагена датский король устроил царю пышный праздник. Расставшись с этим двором, царь с царицею на следующий день отправились в Гамбург, миновали Бельт[406] и, издалека осмотрев Теннинг[407] и Фридрихштадт[408], проследовали дальше в сторону Любека[409] и Шверина[410].
Фельдмаршалу графу Шереметеву теперь было приказано идти с 12 000 войска через Померанию в Польшу. И еще 12 000 были расквартированы в Мекленбурге под командованием генерала Вейде по желанию герцога как способ оскорбить и унизить дворянство его земель, которое искало поддержки в защите своих прав против герцога в Имперском суде. Когда маршала с частью армии отправили в Польшу, мне, благодаря знанию языка, по просьбе самого генерала Вейде было приказано остаться в качестве его адъютанта. Мы были расквартированы в Гюстрове[411], где армия заняла поместья местных дворян по личному приказанию герцога, наложившего на дворян обременительные финансовые обязательства, что их окончательно разорило. Они обратились за помощью к Имперскому суду[412] и Рейхстагу[413], надеясь на удовлетворение своих жалоб, и те делали все возможное, чтобы заставить царя вывести войска из Германии. Но в ту пору царь уехал из Шверина в Хафельберг[414], где провел конфиденциальные переговоры с прусским королем, длившиеся два дня. Затем он отправился в Гамбург, а оттуда в Амстердам, куда прибыл 6 декабря и ждал прибытия императрицы, которая, собираясь выехать из Везеля, 2 января 1717 года родила царевича, но ребенок умер в тот же день[415]. Посему она приехала в Амстердам только 10 февраля, а 9 марта их величества уехали в Гаагу, где пробыли до 4 апреля.
Распространились слухи, что в Грандерхайде[416] неподалеку от Гамбурга собирается армия из окружных частей[417] с намерением выгнать наши войска из Мекленбурга. В связи с этим наша армия под командованием генерал-лейтенанта Ласси, генерал-майора Шлиппенбаха[418] и бригадного генерала Лефорта вышла на марш и встала лагерем в Гадебуше[419]. Генерал Вейде в это время находился в Гюстрове и был нездоров. Посему он отправил меня в Грандерхайде узнать, сколько там стоит войск. Прибыв на место, я не смог ни увидеть самих войск, ни услышать ни слова о том, что они там сосредоточены. После этого я поехал к нашему резиденту в Гамбург, чтобы получить от него разведывательные сведения. Однако не услышал ничего о каких-то войсках округа, формировавшихся против нас. В последнее время там, наоборот, ходили слухи, что русская армия собирается вторгнуться в курфюршество Ганновер. Сии ложные сведения так перепугали ганноверцев, что многие состоятельные горожане вывезли оттуда свое имущество, припрятав его в Гамбурге и других более безопасных местах. Все это произошло из-за того, что мы разбили лагерь в Гадебуше, так что обе стороны исполнились тревоги без всяких на то оснований. По возвращении в Гюстров я доложил о произошедшем, после чего меня немедленно отправили в наш лагерь с приказом армии сняться с места и вернуться на прежние квартиры. Ложная тревога вскоре утихла, и люди успокоились, но несчастные подданные Мекленбурга терпели все больше и больше бедствий из-за наших войск по причине деспотических распоряжений их неумолимого герцога, что вызвало множество прошений от дам как высшего сословия, так и нетитулованного дворянства, адресованных герцогине и призывающих посочувствовать их плачевному положению и вмешаться ради его облегчения. Герцогиня и правда сочувствовала несчастному состоянию этих людей, но не могла убедить герцога проявить хотя бы малейшую милость, посему она решила послать царю письмо с просьбой от имени отчаявшихся, присовокупив и некоторые собственные жалобы. А поскольку она не могла послать никого из своего окружения без того, чтобы о том не узнал герцог, она отправила господина Бестужева, ее тогдашнего обер-камер-юнкера (впоследствии великого канцлера России)[420], к генералу Вейде с просьбой, чтобы он от своего имени отправил письмо царю. Тогда генерал послал меня с господином Бестужевым в Шверин для получения распоряжений от герцогини. Нам предстояло пробраться в ее покои без ведома герцога по причине его чрезвычайно подозрительного нрава. Мы прошли через сад с черного хода, и, когда вошли в дом, первым, кто нам встретился, был герцог. Несколько сконфузившись, мы отвесили ему низкий поклон и прошли далее, причем он не сказал ни слова и не обратил на нас никакого внимания. Но вместо того, чтобы идти прямо к герцогине, как мы собирались поначалу, господин Бестужев провел меня в свои покои, и я пробыл у него до темноты. Только тогда я был представлен герцогине, которая дала мне указания, с которыми я в ту же ночь воротился в Гюстров. К этому времени генерал подготовил депеши, и на следующий день я отправился в Голландию. В Амстердам я приехал 8 мая. Но царь уже отбыл оттуда в Париж, так что я пришел с визитом к царице, которая велела мне последовать за его величеством. Получив от нее пакет, я уехал на следующий день и прибыл в Париж 13-го, через шесть дней после приезда туда его величества. Приемы и чествования царя, оказанные ему в Париже, настолько хорошо известны, что было бы скучно повторять рассказы об этом еще раз, посему я лишь упомяну, что на этот раз герцог Орлеанский (французский регент) добился от царя обещания вывести свои войска из германских земель.
Получив 3 июля депеши его величества для доставки их в Амстердам, я отбыл из Парижа и добрался до Амстердама 9-го. Но по приказанию ее величества на следующий же день уехал оттуда и 16-го прибыл в Шверин, где и передал депеши их величеств в собственные руки герцогини. Содержание привезенных мною бумаг было столь удовлетворительно, что меня приняли чрезвычайно милостиво и преподнесли очень ценный подарок. Чтобы избежать обнаружения, я в ночное время тайно покинул Шверин и направился в Гюстров. Царская депеша генералу Вейде содержала приказ более не облагать налогами население тех земель.
Герцог был столь недоволен этим новым приказом, что стал с помощью собственных войск с еще большим рвением, чем прежде, собирать налоги с дворян. Дошло до того, что им пришлось продавать столовое серебро и драгоценности, а потом экипажи и мебель. Они оказались совершенно разорены и посему были вынуждены бежать из собственной страны. Бо́льшая часть их крестьян ушла на территорию Пруссии, где мужчины предлагали себя с женами и детьми в качестве слуг или рабов. По желанию некоторых моих друзей я для их пользы помог им нанять несколько таких несчастных семейств, но только при согласии бывших хозяев, которые сказали мне, что эти люди им
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Из записок офицера, служившего на фрегате «Аврора» - Николай Фесун - Военная история
- Яков Брюс - Александр Филимон - Биографии и Мемуары
- Улыбка - Рэй Брэдбери - Научная Фантастика