Правила одиночества - Самид Агаев
- Дата:02.04.2025
- Категория: Проза / Современная проза
- Название: Правила одиночества
- Автор: Самид Агаев
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Аудиокнига "Правила одиночества" от Самида Агаева
📚 "Правила одиночества" - это захватывающая история о поиске себя, о любви и потерях, о том, как принимать решения в сложных ситуациях. Главный герой, Максим, оказывается втянутым в вихрь событий, которые заставляют его пересмотреть свои ценности и убеждения.
В поисках ответов на вопросы, Максим отправляется в увлекательное путешествие, где каждое правило одиночества становится для него испытанием. Он понимает, что иногда нужно быть готовым идти на компромиссы, чтобы найти истинное счастье.
Автор аудиокниги "Правила одиночества", Самид Агаев, является талантливым писателем, чьи произведения поражают глубиной и искренностью. Его книги всегда вызывают море эмоций и заставляют задуматься над важными жизненными вопросами.
На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать аудиокниги онлайн на русском языке. Здесь собраны лучшие произведения современных авторов, которые подарят вам удивительные моменты в мире литературы.
Не упустите возможность окунуться в увлекательные истории, которые раскроют перед вами новые горизонты и заставят вас по-новому взглянуть на окружающий мир. Погрузитесь в мир книг вместе с knigi-online.info!
Приглашаем вас также ознакомиться с другими произведениями современной прозы на нашем сайте: Современная проза.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Девушки прыснули и ускорили шаг.
— О-о, — оживился, толкая локтем приятеля, Виталик, — Меджнун, кажется, ты имеешь успех. Твоя девичья фамилия не Омар Шариф?
— Нет, — сказал довольный Али, — моя фамилия Ален Делон, мистер Дарнагюль. Прошу любить и жаловать.
Друзья снялись с места и пошли за девушками. Через несколько метров они поравнялись с небольшим стеклянным кафе, из которого шел одуряющий запах жарившихся шашлыков. Али тяжело вздохнул и сказал:
— Когда-нибудь на этом месте я упаду в обморок.
— Ты что, голодный?
— Я постоянно голодный.
— Но ты же всегда съедаешь порцию каши Ислама!
— Мне таких порций надо десять, к тому же запах бараньего шашлыка даже сытого человека может свести с ума.
— Старик, я вообще не понимаю, как ты можешь думать о еде, когда мы идем за девицами.
— Хорошо тебе говорить, ты у дяди шашлык каждую неделю лопаешь, а я раз в полгода, когда на каникулы езжу домой.
— Попрошу без зависти.
— Мог бы и меня к дяде сводить.
— Я сам неловкость испытываю, когда к нему езжу, а ты хочешь, чтобы я тебя еще притащил.
— А что же ездишь, раз неловко?
— Голод, брат, не тетка.
— Это верно, в твоем случае, голод — дядька.
— Али, твоя какая, справа или слева? — спросил Виталик, желая сменить тему.
— Справа.
— Али, ты кем будешь работать, когда училище закончишь, штукатуром?
— Это еще почему?
— Ну, ты же на штукатура учишься.
— Штукатуром я не буду — между нами говоря, отец меня сюда отправил, чтобы от лишнего рта избавиться — здесь и кормят, и одевают целых три года. Выгодно.
— Я знаю, кем ты будешь.
— Кем?
— Обрезание будешь детям делать, ты же лезгин.
— Ну и что?
— Этим только лезгины занимаются.
— Ладно, не возражаю, только я с тебя начну, прямо сейчас.
— Опоздал. Я уже мусульманин.
— Как это, у тебя же мама русская, почему она допустила?
Из любви к папе, а он у меня азербайджанец. Правда, когда мы с мамой ездили к бабушке в деревню, на Урал, меня там окрестили в церкви, но папа об этом не знает — мама просила не говорить. А ты знаешь, какая у них любовь была! Я тебе не рассказывал? Они познакомились, когда папа в армии служил. Он сделал ей предложение и поехал на дембель, чтобы родителей подготовить. А ему запретили на ней жениться, потому что она была христианка. Папа сообщил об этом маме — то есть тогда она еще не была мамой — и стал думать, что делать дальше. Пока он думал, мама выучила родной язык отца и написала письмо его родителям на азербайджанском — и этим сразила их наповал, они разрешили.
— Класс, — сказал Али. — Это круче, чем Шекспир. Так ты кто все-таки, мусульманин или христианин?
— Мне до лампочки, я человек. Может, в кино девушек пригласим?
— А у тебя деньги есть?
— Нет, но они все равно откажутся.
Джульетта узнала нелепую фигуру Виталия издали, несмотря на стремительные сумерки. Нелепую потому, что он был худ до безобразия.
— Почему ты такой худой, — спросила она на второй или третий день знакомства, — как будто из концлагеря сбежал? Вас так плохо кормят в училище?
— Нас кормят нормально, не хуже, чем в других местах; дело не в еде, конституция такая.
— СССР или Азербайджана?
Девушка оказалась с юмором, но, взглянув ей в лицо, Виталик сообразил, что она не шутит.
— Да нет же, — озадаченно произнес он, — моя собственная.
— У тебя что же, своя собственная конституция есть? — насмешливо спросила Джульетта.
— Да.
— Ну, молодец. Далеко пойдешь.
Поравнявшись с парнем, Джульетта сдвинула брови и едва кивнула на приветствие, хотя ей было приятно, что он ждет ее каждый день. Держась немного поодаль, Виталик пошел за девушкой.
— Что ты здесь каждый день торчишь, прохода не даешь?
— Не даю, — согласился Виталик.
— Выходной бы себе устроил, что ли.
— Я без выходных работаю, — гордо ответил Виталик.
— Так это для тебя работа? — Да, тяжелая и опасная.
— Почему это она опасная?
— Ну, во-первых, я могу погибнуть из-за твоих прекрасных глаз…
— Неужели?
— Да.
— А во-вторых?
— Во-вторых, твой брат обещал мне ноги переломать, если я еще раз за тобой пойду.
При этих словах Виталик стал ковылять и припадать на обе ноги, как колченогий. Девушка засмеялась:
— Испугался?
— Еще чего! Я ничего не боюсь!
— Ты что, с ним разговаривал?
— Черемисин сказал — он с твоим братом дружит, маленький такой.
— Знаю, видела.
— Давай постоим немного, — сказал Виталик, когда они подошли к ее дому.
— Это еще зачем? Кто-нибудь увидит еще.
— Поговорим немного. Я соскучился по тебе. Сейчас уже темно.
— Ну ладно, пять минут, — Джульетта остановилась в тени, отбрасываемой домом.
— Ну-у, о чем ты хотел поговорить?
— Я хотел сказать тебе… — Виталик замолчал и стал смотреть в сторону.
— Что? — с явным безразличием спросила Джульетта, она смотрела в другую сторону.
Виталик подобрался и подошел поближе: от Джульеты пахло смешанным запахом помады, пудры и пота. Виталик почувствовал головокружение и неожиданно для себя взял девушку за руку.
— Ты что, с ума сошел? — испугалась Джульетта. — Отпусти сейчас же!
— Извини, — утирая со лба испарину, произнес Виталик, — слабость вдруг накатила, чуть не упал.
— Слабость? — удивленно спросила девушка и заглянула ему в лицо.
Несмотря на вечерний сумрак, она различила синий цвет его глаз. Скуластое лицо пыталось изобразить улыбку. Джульетта вдруг почувствовала острую жалость к этому нелепому парню и неожиданно для себя приблизила свое лицо и дотронулась губами до его губ, но то, что произошло дальше, ввергло ее в смятение. Парень не отпустил ее губ, жадно приник к ним, разомкнув сжатый рот, дотронулся своим языком до ее десен. Это ощущение было острым и ошеломительным. Теперь она почувствовала слабость и вынуждена была схватиться за молодого человека, который, прижав ее к себе со всей силой, на которую был только способен, жадно целовал ее запрокинутое лицо.
— Отпусти, умоляю, отпусти, — совладав с собой, жалобно зашептала она, пытаясь вырваться из его объятий.
Наконец ей удалось оттолкнуть его и сделать шаг назад.
— Безумный, ты что, с цепи сорвался? — тяжело дыша, произнесла она. — Не смей подходить ко мне!
Виталик, собравшийся сделать шаг к ней, остановился: он смотрел на нее, не отрываясь.
— Вот и стой там, а ко мне не подходи.
— Хорошо, я буду стоять здесь, только я не думал, что ты такая жестокая.
— Я вовсе не жестокая, а что ты хотел сказать мне?
— Когда?
— До того, как ты на меня накинулся.
— Я хотел сказать, что я люблю тебя.
— Ой, какой ужас, — произнесла девушка, взявшись за грудь, — сердце сейчас разорвется, бьется, как сумасшедшее.
— Можно я послушаю? — сказал Виталик, протягивая руку.
— Размечтался, убери руки!
— Уже убрал. Стою не двигаясь.
Виталик вытянулся, как в строю: ноги вместе, руки по швам.
— Хочешь, до утра так стоять буду? Простишь меня?
— Ладно, прощаю, только не делай больше так.
— Вольно, — скомандовал сам себе Виталик. Джульетта улыбнулась.
— Твой отец был военный? — спросила она.
— Понятия не имею, он свинтил еще до моего рождения.
— Жаль.
Виталик пожал плечами:
— Нормально, я же вырос.
— Ну не скажи: еще не известно, как это отразилось на твоей психике, — серьезно сказала Джульетта.
— Подумаешь, у нас в общаге каждый второй без отца рос. У Ислама, например, моего друга, тоже отец свинтил.
— Какое опасное соседство, — сказала Джульетта.
— Шутишь?
— Нисколько. Мой папа говорит, что австрийский психоаналитик Фрейд утверждал, что это не проходит бесследно для формирующейся личности.
— У этого Фрейда у самого, наверное, не все дома были, поэтому он так и утверждал.
— Ну ладно, я пойду, — сказала Джульетта.
— Давай еще поцелуемся, — предложил Виталик.
— Нет.
— Тогда руку дай.
— Зачем? — подозрительно спросила Джульетта.
— Ну так, пожать на прощание. Девушка с опаской протянула ему руку.
— Только не сильно жми.
Он взял ее руку и прижал к лицу. Затем долго смотрел, как она уходит — до тех пор, пока девушка не повернула за угол дома, — вздохнул и пошел к себе в общежитие. Радость первого поцелуя была отравлена неприятными мыслями: он не представлял, как вести себя с друзьями. Отказаться участвовать в затее Ислама значило выставить себя на посмешище. Принесла же нелегкая Черемисина в тот вечер, будь он неладен! У общежития политехникума стояли двое парней и, запрокинув головы, заигрывали с девицами, стоявшими на балконе третьего этажа. Виталик шел, оставляя их слева. Справа лежал пустырь, боковым зрением он отметил, что молодые люди бросили свое занятие и стали смотреть на него. В наступившей темноте разглядеть их лица не представлялось возможным, в то время как сам он, проходя как раз под светом фонаря, был доступен их взорам.
- Почта спешит к людям - Ефрем Борисович Соркин - Зарубежная образовательная литература
- Разноцветные пятнышки - Яна Афонина - Детская проза / Периодические издания
- Шесть, шесть, шесть… - Алексей Пшенов - Русская современная проза
- Тапочки ручной работы: новые модели для взрослых и детей - Анна Зайцева - Хобби и ремесла
- О влиянии цвета (СИ) - Осичев Юрий - Прочее домоводство