Юность - Николай Иванович Кочин
- Дата:06.03.2026
- Категория: Проза / Советская классическая проза
- Название: Юность
- Автор: Николай Иванович Кочин
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Аудиокнига "Юность" - великолепное произведение от Николая Ивановича Кочина
📚 "Юность" - это произведение, которое погружает слушателя в атмосферу молодости, первой любви и внутренних поисков. Главный герой, молодой человек по имени Алексей, сталкивается с различными жизненными испытаниями, которые формируют его как личность. В книге затрагиваются важные темы, такие как самопознание, мечты, ценности и стремление к истине.
🌟 Николай Иванович Кочин, автор этого произведения, сумел создать яркий и запоминающийся образ главного героя, который вызывает симпатию и восхищение у слушателей. Его талант описания внутреннего мира персонажей делает книгу "Юность" по-настоящему живой и захватывающей.
🎧 На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать аудиокниги онлайн на русском языке. Здесь собраны бестселлеры и лучшие произведения, которые подарят вам удовольствие от чтения в любое время. Погрузитесь в мир литературы вместе с нами!
Автор книги "Юность" - Николай Иванович Кочин
🖋 Николай Иванович Кочин - известный советский писатель, чьи произведения поражают глубиной и философским подтекстом. Родившийся в 1903 году, он оставил яркий след в истории отечественной литературы. Его книги покоряют сердца читателей своей искренностью и мудростью.
📖 Погрузитесь в мир "Юности" вместе с героем Алексеем и почувствуйте всю гамму чувств и эмоций, которые переживает каждый из нас в период становления личности. Эта аудиокнига станет для вас настоящим литературным открытием!
🔗 Послушать аудиокнигу "Юность" и другие произведения советской классической прозы вы можете на сайте Советская классическая проза. Погрузитесь в мир слова вместе с нами!
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— А папа спит…
Меня мучила мысль: кто же отпустит мне санки, если поп спит? Неужели обращаться к ней самой? Или, того хуже, взять санки без хозяев и вывезти со двора? И, краснея от смущения, отводя глаза в сторону, я спросил:
— А кто мне выдаст санки?
— Ах, санки, — произнесла она просто-просто, — а вот сейчас я и выдам. Только оденусь и очищу санки, у нас в них лежат рогожи.
Она на бегу надела шубку, и вскоре мы вышли на двор, уже заполняющийся сумерками. Мы вынули из санок рогожи, я укрепил завертки, проверил добротность оглобель и сдернул санки с места. Девушка бросилась открывать мне ворота, и я вывез санки на улицу.
— Когда вам папа понадобится, — сказала она, — вы ко мне обращайтесь по всем делам. Папа бестолковый, он волнуется при одном слове «бедный комитет».
— Сейчас их уж нет — комитетов, — сказал я угрюмо.
— Как нет? Разве другая власть наступила?
— Другая, не другая, но комитеты кончились.
— Нет, — ответила она уверенно, — кабы кончились, вы бы за санками не пришли.
— Комитеты кончились, но советская власть не кончилась.
— Не кончилась? — протянула она сокрушенно, но простодушно. — Ну, все равно. Вы при случае прямо ко мне. В доме хозяйка я.
Я оглядел необычно праздничную ее фигуру и в свою очередь убежденно произнес:
— Такие не хозяйствуют.
— А кто же за меня будет хлебы печь? Не папа же…
Я был потрясен совершенно и невольно поглядел ей на руки, которые казались мне образцом изящества. Она послушно повернула в мою сторону ладони и приблизила их к моим глазам.
— Видите, следы работы…
Я ничего не видел, кроме белых пальчиков с прозрачными ноготками.
— А полы моете?
— Ну, конечно.
— И белье стираете?
— Разумеется… Вот чудак! Крестьянки же стирают, а разве я не имею сил?.. Хотите, я помогу вам вывезти санки?
Она ухватилась за одну из оглобель и повезла санки с суетливостью людей, не умеющих обращаться с экипажем. Мы провезли санки под окнами, перевалили их через сугробы, и я сказал:
— Не суетитесь… Если не дергать оглобли то в ту, то в другую сторону, тогда одному можно санки везти. Да еще в них седока посадить.
— Попробуйте, — сказала она и смеясь кувыркнулась в санки.
Я дернул их и бегом повез мимо сада по наезженной дороге. А она смеялась там, привскакивала и кричала:
— Веселее, веселее, голубчики!
Я опамятовался тогда лишь, когда проходящие бабы остановились и одна из них сказала:
— Диво, комитетчик попиху везет.
Меня точно ударило по сердцу. Я остановился и сказал девушке:
— Прощайте, пошалили, и хватит.
Она вдруг сделалась не в меру серьезной и остановилась у сада, молча провожая меня глазами. Я вез санки вдоль села и чувствовал позади себя ее серьезный взгляд. И, вспоминая и оценивая все то, что она говорила о своей работе по дому, я сделал заключение:
— Хвалится…
А ночью я видел сон, как мчался вместе с нею в санках при луне, по сугробам застывших серебряных рощ. И она кричала, привскакивая:
«Веселее, веселее, голубчики!»
ОТРЕБЬЕ НИКОЛАЯ КРОВАВОГО
Позолота вся сотрется,
Свиная кожа остается…
Из закромов народной мудрости
— Нынешние люди того усердия в работе не имеют, как мы. Теперь «шестерке» гость горчицей рожу намажет, он — в амбицию. А нам, бывало, скажет барин: «жуй рюмку», и мы беспрекословно жевали, и до тех пор, пока не прикажет выплюнуть. И если не приказывал, то стекло глотали. Так-то немало у нас в усадьбе, животами намучавшись, богу душу отдавали. И все шито-крыто. Вот какое было усердие и покорность в прежних людях.
Растянувшись на лужке, против комбеда, так рассказывал нам под вечер бывший лакей княгини Чегодаевой, взятый нами на службу. Усадьба Чегодаевых, вторых крупных землевладельцев в нашей округе, стоявшая в десяти километрах от села в великолепной дубраве, не была еще в ту пору разгромлена. Но прислуга уже вся разбежалась кто куда. Лакей Ферапонт пристал к нам. Он был и швец, и жнец, и в дуду игрец: и за сторожа, и за рассыльного, и за завхоза. Он и сейчас форсит, не снимает потертого фрака и форменной своей фуражки с бронзовым околышем. Ночует он в церковной сторожке с прогнившей крышей, чинить которую никак не желает, рассуждая, что если бог не судил крыше на него свалиться, то она не свалится. Он был беззлобен, этот старик лакей, как ребенок, и доверчив, и за то все его любили. Истории его про барскую жизнь в усадьбе были неистощимы, и мы охотно ими забавлялись. Старик был таков, что все деревенские пирушки, свадьбы, сходки с водкой ни за что без него не обходились. И все потому, что он был незаменимый развлекатель. Например, выпивал какую-нибудь гадость — щелок или касторку — и за это получал право выпить рюмку водки. Он кричал, скажем, на свадьбе: «Горько, подсластите!» — молодые целовались. «Вот я за ваше здоровье ложечку дегтю выпью». — «А ну, попробуй, — кричали девки, — не хвастаешь ли?»
И он выпивал не морщась.
— Вот так и жили, бывало, — продолжал лакей, — размашисто жили. Чай в девять часов утра, после того барыня изволила кушать сливки с крендельками; тут, как раз, полдник — опять завтрак, уж поздний. После него до обеда лакомилась яблоками и пела романцы. Обедали в четыре. От обеда до вечернего чая барыня отдыхала на диване и лизала мармелад. Вечерний чай положено было накрывать в семь часов. Отчая до ужина грызла орехи и опять пела романцы. Ужин в девять. Ну, тут уж она, понятно, сама двигаться не могла, горничные ее на руках уносили. Зато и дородность была в теле завидная — шнурки лопались. Каждое лето на капказских водах лишнюю пухлость сгоняла. И то, после этого, приехав, едва в карете умещалась. Благородства хоть отбавляй. Известно — жили не тужили. Ну, и время проводила в свое удовольствие. В саду слушала соловья — было любимое занятие. Покойник князь, тот одного шампанского так, наверно, целое море выпил. Что ж, пил на свои. Дом, видели, у нас какой? С колоннами, с бельведерами, с павильонами да беседками, а в саду клумбы, газоны. Ну, одежда тоже была за мое почтение. Конюха и те в красных рубахах завсегда ходили, повара в белоснежных фартуках, чисто херувимы, а мы, лакеи, все в форменных фраках. Я, к примеру, фрак носил заграничной моды и покроя, из Парижа, цвета василькового, с золотыми пуговицами, панталоны светло-бронзового кашемира. Бывало, городом иду —
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Еврозона - Пьер Бордаж - Социально-психологическая
- Программа правительства РСФСР по стабилизации экономики и переходу к рыночным отношениям - Зайцев - Политика
- Керосин, скипидар, перекись водорода в очищении организма - Ю. Николаева - Здоровье