Сестры Эдельвейс - Кейт Хьюитт
- Дата:02.07.2026
- Категория: Проза / Русская классическая проза
- Название: Сестры Эдельвейс
- Автор: Кейт Хьюитт
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Аудиокнига "Сестры Эдельвейс" от Кейт Хьюитт
🌸 "Сестры Эдельвейс" - захватывающая история о судьбе трех сестер, чьи жизни переплетаются в суровых условиях военного времени. Каждая из них сталкивается с собственными испытаниями, но только вместе они смогут преодолеть все трудности и найти свое счастье.
Главная героиня, *Элизабет*, мечтает о мирной жизни и настоящей любви, но ее путь усеян препятствиями. Сможет ли она найти свое счастье и сохранить веру в светлое будущее?
Автор Кейт Хьюитт виртуозно рисует портреты героинь, заставляя читателя переживать их радости и горести, надеяться и бояться вместе с ними.
Об авторе:
Кейт Хьюитт - талантливый писатель, чьи произведения завоевали сердца миллионов читателей по всему миру. Ее книги отличаются глубокими эмоциями и захватывающим сюжетом, не оставляя равнодушными ни одного читателя.
На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать аудиокниги на русском языке. Здесь собраны лучшие произведения различных жанров, чтобы каждый мог найти что-то по душе.
Погрузитесь в увлекательный мир книг вместе с нами и окунитесь в море ярких эмоций и приключений!
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Глава одиннадцатая
Иоганна
Сентябрь 1937
– Когда ты расскажешь родителям о нас с тобой?
Голос Франца был тихим, но настойчивым. Иоганна смотрела на зеленовато-голубую ленту реки, огибавшую город, и молчала. Был солнечный день, они брели вдоль Зальцаха, последнее летнее тепло витало в воздухе, напоминая о золотых днях. Ещё месяц, и выпадет снег, думала Иоганна, а завтра будет служба, и Лотта станет послушницей. Прошло полгода с тех пор, как она поразила всех, объявив о своём решении уйти в монастырь, и Иоганна даже не думала, что будет так тосковать по сестре, которую в ближайшие несколько лет, если не больше, сможет видеть лишь урывками. Она скучала по смеху Лотты, её жизнерадостности, словно солнце, освещавшей всё вокруг. Без Лотты дом стал пустым и холодным.
– Иоганна, – Франц крепко сжал руку спутницы, так что ей пришлось остановиться, – ответь мне. Я терпелив. Я стараюсь оставаться спокойным. Но когда?
– Франц… – Иоганна понимала, что не может назвать ни одной разумной причины. Прошло девять месяцев с тех пор, как он поцеловал её у рождественской ёлки – девять месяцев тайн, и мимолётных поцелуев, и ожидания. Но она так и не призналась родителям и не позволяла признаться Францу.
– Это потому что я еврей, да? – спросил он, и в его голосе зазвучали мрачные ноты. – Я бы не стал тебя винить, учитывая, как обстоят дела – и с каждым днём всё хуже.
Иоганна покачала головой, чувствуя вину и раздражение.
– Тебя это волнует больше, чем меня. – Собственно говоря, это было не совсем так. Она тоже переживала, правда, не из-за того, что Франц был наполовину евреем, а из-за того, что не был католиком, но не знала, как ему объяснить.
– Меня? – Его голос стал жёстким, он пристально посмотрел на неё, сузив глаза от яркого света. – Знаешь, Биргит мне рассказала о том, что ты говорила.
– А что я говорила? – От его проницательного взгляда Иоганне стало не по себе. – Что я такого сказала? И когда?
Франц не сводил с неё взгляда, в котором не было злости, но было что-то другое, ещё страшнее, чем злость. На Иоганну нахлынули страх и чувство вины, и она сама не знала, почему.
– Когда назвала точильщика ножей еврейским идиотом.
– Точильщика ножей… О Господи! – Тревога и чувство вины так же резко ушли, сменившись обидой, такой усталой, что Иоганна даже не могла как следует разозлиться ни на себя, ни на сестру. – Это было ещё до того, как мы познакомились, и я в любом случае ничего такого не имела в виду.
– Но сказала.
– По поводу Яноша Панова, который и впрямь глуповат! – Она вспыхнула при мысли о том, что пытается себя оправдать. – Говорю тебе, я не хотела говорить о нём гадости. В порыве чувств у нас всех порой вырываются неосторожные слова. Видимо, я тогда злилась из-за чего-то ещё. – Иоганна покачала головой. – Зачем Биргит вообще тебе это рассказала? – Нет, она всё-таки злилась, и злилась на сестру. Зачем она это рассказала Францу, если не затем, чтобы вызвать у него неприязнь к Иоганне?
– Она спросила, как я сюда попал. Я рассказал ей то же, что и тебе, о профессоре Шлике и обо всём остальном.
– И кончилось той историей про Яноша столетней давности? – удивилась Иоганна. – Да она просто завидует.
– Завидует? – Франц поднял брови. – Ну нет, у неё, полагаю, свой секрет того же рода.
– И что, она с тобой им поделилась?
– Не совсем… но почему мы вообще обсуждаем Биргит? – Он притянул её к себе, и она неохотно обняла его, всё ещё цепляясь за желание как следует разозлиться, пусть и угасающее. – Иоганна, я тебя люблю. Я хочу быть с тобой. Когда ты расскажешь о нас родителям?
Она закрыла глаза, когда он прижал ее к себе. Он уже стал таким родным – грубая шерсть его пальто, его запах – пряный аромат лосьона после бритья и разгорячённой кожи.
– Скоро.
– Думаю, твой отец уже всё понял или, по крайней мере, догадывается. Как не понять? Он часто видит нас вместе. – Он погладил её подбородок, улыбнулся, внимательно и насторожённо изучая её лицо. – Если дело не в том, что я еврей, то в чём же?
Иоганна пыталась ответить на этот вопрос хотя бы самой себе, но её чувства были такими запутанными.
– Не знаю, – наконец ответила она. – Я… – Она помолчала, преодолевая необходимость признаться и себе, и Францу в том, что ей было так неприятно признавать. – Я боюсь.
Он погладил её по щеке, его улыбка стала нежной, взгляд – обеспокоенным.
– Чего ты боишься?
Она покачала головой, не в силах продолжать этот разговор. Она боялась рассердить или разочаровать родителей тем, что влюбилась в человека, который не исповедовал их веру, неважно, был ли он евреем. Но ещё больше боялась заявить о своих чувствах миру, когда не могла довериться чувствам Франца. Боялась собственных чувств, их глубины и силы, осознания того, что если он оставит её, она будет полностью раздавлена горем. Может быть, она уже не сможет стать прежней, и ей была противна мысль, что она навсегда останется такой уязвимой. Такой слабой.
– Иоганна… – всё так же нежно глядя на неё, он вздохнул. – Если не сейчас, то когда же? Мы уже почти год таимся и прячемся. Я хочу рассказать о своих чувствах твоей семье. Я хочу рассказать всему миру.
– Правда? – выпалила она, прежде чем подумать о том, что стоило бы смягчить слова и тон. – Ты правда этого хочешь?
Он нахмурился.
– Я когда-нибудь давал тебе повод во мне сомневаться?
Иоганна молча и неохотно покачала головой. С того рождественского поцелуя и до этого дня Франц был таким добрым, нежным, заботливым. Разве она могла в нём сомневаться? И всё же она сомневалась и понимала, что проблема в ней самой. Она и впрямь была похожа на мать – уклонялась от ласки, не верила ни словам, ни поцелуям. И почему? Потому что не в силах была поверить в простоту и искренность его чувств. Любовь не могла достаться ей так легко.
– Прости… – прошептала она и, к своему ужасу, увидела, что черты лица Франца вдруг стали суровыми и совсем незнакомыми.
– Вечно ты просишь прощения, – бросил
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Собрание сочинений. Том второй - Ярослав Гашек - Юмористическая проза
- Сине-фантом No 10 - 'Сине-фантом' Журнал - Публицистика
- Улыбка - Рэй Брэдбери - Научная Фантастика