Петля и камень в зеленой траве. Евангелие от палача - Аркадий Александрович Вайнер
- Дата:21.06.2026
- Категория: Проза / Историческая проза
- Название: Петля и камень в зеленой траве. Евангелие от палача
- Автор: Аркадий Александрович Вайнер
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Аудиокнига "Петля и камень в зеленой траве. Евангелие от палача"
📚 "Петля и камень в зеленой траве. Евангелие от палача" - это захватывающий роман, написанный автором *Аркадием Александровичем Вайнером*. В центре сюжета - загадочный герой, чья жизнь переплетена с тайнами и загадками.
Главный герой, чье имя скрывается под псевдонимом Палач, становится свидетелем странных событий, которые заставляют его задуматься о смысле жизни и справедливости. Его путь пересекается с различными персонажами, каждый из которых несет в себе свою тайну.
В романе *Аркадия Александровича Вайнера* переплетаются темы любви, предательства, веры и силы духа. Слушая эту аудиокнигу, вы окунетесь в мир загадок и загадочных сюжетов, который заставит вас задуматься над глубокими философскими вопросами.
На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать аудиокниги онлайн на русском языке. Здесь собраны лучшие произведения различных жанров, которые подарят вам удовольствие и незабываемые впечатления.
Об авторе
Аркадий Александрович Вайнер - талантливый писатель, чьи произведения поражают своей глубиной и оригинальным подходом к созданию сюжетов. Его книги завоевали признание читателей благодаря увлекательным историям и неожиданным развязкам.
Не упустите возможность окунуться в мир литературы с аудиокнигой "Петля и камень в зеленой траве. Евангелие от палача" и другими произведениями на сайте knigi-online.info!
Погрузитесь в увлекательные истории из категории Историческая проза прямо сейчас!
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Вы это к чему? — спросил с вызовом Гершзон.
— Вы, Гершзон, просто отбившийся от своих, заблудший козел, вам не понять меня. — Взяла свой старомодный ридикюль и пошла к двери, на мгновение задержалась у порога и сказала: — Лабрюйер писал — у подданных тирана нет родины.
И захлопнула дверь.
30. Алешка. «Вам осталось 30 секунд»
Осень начиналась легкая, полная теплого света и прозрачного паутинного лета. Сизое полотнище шоссе пружинило и прогибалось подо мной, как батут, и мглилось впереди струистым маревом. Воздух растекался по бокам машины густой водой и кричащие в своей пронзительной прощальной красоте желто-багровые деревья казались всплывшими из миража.
И в дремотном оцепенении ума даже мысли не было, что через двести километров будет Вильнюс. Вообще никакого Вильнюса на свете не существует — это выдумка, блазн, наваждение, придуманное воспоминание из непрожитой жизни.
Только табличка на обочине: «Злобаево». И сразу плакат — «Добро пожаловать в населенный пункт высокой культуры!». И снова табличка — «До Вильнюса — 182 км».
Сумасшедший мираж. По единственной улочке населенного пункта высокой культуры ветер нес едкую желтую пыль и бурую листву, обрывки газет. Мальчишки с извечным восторгом гнали собаку с привязанной к хвосту консервной банкой. Сучий вой глохнул и гас в тяжелом рычании и рваной матерщине двух дерущихся около чайной мужиков. Каменисто-серые старухи, сидя на табуретках у дороги, продавали картошку и визжаще-зеленые яблоки — щедрый урожай крестьянской обильной осени. Пудовый замок на дверях магазина. Из открытого окна покосившегося домишки с вывеской «Злобаевская музыкальная школа» рвались металлические крякающие звуки трубы. Тут же худой пятнистый боров, похожий на бродячего пса, взгромоздился на свинью и с урчанием и хрюканьем воспроизводил свиное племя.
Промчался, истаял позади обморок населенного пункта высокой культуры. Еще 181 км — и там следующий мираж. Я хочу проверить свою способность запоминать миражи — ибо только миражом и можно считать мое воспоминание, зыбкое, текучее, парящее в бездне времени. Мара, призрак, обман чувств…
Но я ведь этого не выдумал! Я это вспомнил! Я помню это наверняка!
Я помню хорошо Михайловича — офицера культовой службы из синагоги. Рыжеватого еврея с черными горящими глазницами и длинным усом на щеке. Я висел на этом бородавочном усе, как на спасительной ложке, над пропастью забвения. Он давал мне гладить и несильно тянуть за этот шелковистый коричнево-золотистый пучок на щеке. В моих пальцах живо еще это ощущение.
Он водил меня в театр. Потом я с ним ходил за кулисы. Зачем? Какой спектакль? Ничего не помню. Мне было семь лет. По-моему, там пели. Может быть — опера? Не помню. Иссеклась ткань памяти, истлели нити воспоминаний. Не помню.
Но одно звенышко памяти зацепилось прочно. Это не мираж — я помню наверняка. Михайловича возили в папашкиной машине. Его возили в машине Моего Папашки. Я и запомнил этот пустяк, эта ерунда и всплыла в памяти спустя тридцать лет только потому, что тогда это меня поразило. Это было исключительное нарушение привычного: в папашкиной машине не возили никого. В черном «мерседесе» ездил он сам, иногда начальник его секретариата — веселый жуликоватый грузин Лежава. И я. Меня — меньшенького, любименького, мизинчика — возил шофер Гарнизонов в школу. Всю остальную семью обслуживал на «фордике» или на «победе» водитель Сыч — я до сих пор не знаю, прозвище это или фамилия. Его все так и звали — Сыч!
Вот так.
Я вспомнил, что Гарнизонов несколько раз возил Михайловича. Это было зимой, почти наверняка в январе — в зимние школьные каникулы. Мы с ним ходили в театр. Но в каком году — в сорок седьмом? В сорок восьмом? В сорок девятом? В пятидесятом?
Не помню. В сорок седьмом театры в Вильнюсе еще, наверное, не были восстановлены после войны — всего полтора года прошло. В сорок восьмом — может быть. В сорок девятом — не может быть наверняка, — на все зимние каникулы отец отправил нас с Севкой и Виленой в своем салоне-вагоне к родителям Лежавы в Сухуми. В пятидесятом — вряд ли, потому что в эту пору уже вовсю гнали метлой всех евреев из органов. Наверняка не в пятьдесят первом — я уже был большой парень, наверняка запомнил бы.
В январе 1948 года Михайловича возили в папашкином «мерседесе». Это не могло быть случайностью. Таких случайностей в нашем мире не бывает. Сесть сам в эту машину он не мог — Гарнизонов его бы за ус выволок оттуда. Нельзя объяснить никакой срочностью: он бы и сам до посинения ждал свободную машину, а личный автомобиль министра ему бы не дали ни за что. Да и не могло быть такого — всегда в гараже стояло на всех парах штук двадцать оперативных машин.
Папашка разрешил ему носить сумасшедший ус и приказал возить его в своей машине. Господи, боже мой! Как я сразу не сообразил! Михайлович не был подчиненным моего отца! Он был лишь под его оперативным управлением!
Михайлович брал меня с собой в театр. В театр. Он ходил за кулисы. Наверное, не субреток там клеить! Он ходил в театр в Вильнюсе. В январе 1948 года.
Его возили в папанькином «мерседесе»…
Шевелитесь, мозги! Думайте, черт бы вас побрал! Напрягись, память! Дыши, живи, двигайся, цепляйся за обрывки, ползи из прорыва беспамятства!
Не помню. Больше ничего не помню.
Стоп! Стоп! Художник Тышлер в своих воспоминаниях пишет, что Михе, как члену Комитета по Сталинским премиям, предлагали ехать принимать выдвинутые на премии спектакли в Ленинград, Вильнюс и Минск. И Миха, несмотря на тышлеровские уговоры ехать в Питер, почему-то выбрал Минск. «Ах, если бы он послушал меня!» — вздыхает старый художник.
А если бы он послушал тебя — что, не случилось бы того же самого?
Михоэлс был обречен. И знал это.
Агент с чудовищным усом на щеке проверял вместе со мной в Вильнюсском театре резервный вариант. Если бы что-нибудь сорвалось в Минске, то Михе в приказном порядке предписали бы ехать в Вильнюс.
Он ездил на папашкиной машине. Ничего и никогда не скажет мне отец. Омерта старого мафиози. Но Михайловича возил Гарнизонов, и для него это наверняка было запоминающимся событием
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Заповеди исцеления. Метафизика перемен - Роман Доля - Эзотерика
- "Фантастика 2023-159". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Лошаченко Владимир Михайлович - Альтернативная история
- Известие о Марфе-посаднице, взятое из жития св. Зосимы - Николай Карамзин - Публицистика