Во льдах - Александр Науменко
- Дата:19.07.2026
- Категория: Периодические издания / Ужасы и Мистика
- Название: Во льдах
- Автор: Александр Науменко
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Аудиокнига "Во льдах" от Александра Науменко
📚 "Во льдах" - захватывающий роман, который погружает слушателя в мир таинственных событий и загадочных историй. Главный герой книги, молодой и отважный исследователь Алексей, отправляется в опасное путешествие на север, чтобы раскрыть тайны древнего ледяного мира. В его пути встречаются не только ледяные просторы, но и загадочные существа, способные изменить его представление о реальности.
Автор книги, Александр Науменко, виртуозно создает атмосферу напряжения и загадочности, увлекая слушателя в захватывающее приключение. Его произведения отличаются оригинальным сюжетом и увлекательным повествованием, что делает его книги популярными среди любителей фантастики и приключений.
На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать аудиокниги на русском языке. Мы собрали лучшие произведения различных жанров, чтобы каждый мог найти что-то по душе. Погрузитесь в мир книг вместе с нами!
Не упустите возможность окунуться в увлекательные истории, которые заставят вас переживать и мечтать вместе с героями. "Во льдах" от Александра Науменко - это источник вдохновения и удивительных открытий, который оставит незабываемые впечатления.
Погрузитесь в мир таинственных приключений и загадочных существ вместе с аудиокнигой "Во льдах"! 🎧
Об авторе:
Александр Науменко - талантливый писатель, чьи произведения завоевывают сердца читателей своей оригинальностью и увлекательным сюжетом. Его книги погружают в мир фантастики и приключений, заставляя задуматься над загадками вселенной.
Познакомиться с другими произведениями автора можно здесь.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Панкратов повесил трубку и повернулся к нам.
— Слышали? На палубу ни ногой. Самохин, свет. Врубай всё, что есть.
Самохин кивнул и исчез.
Через минуту палубные прожектора вспыхнули по обоим бортам, заливая ледокол резким, слепящим белым светом. Снег вспыхнул, заискрился, и на мгновение показалось, что вокруг судна раскинулось бескрайнее белое поле, чистое, ровное, безопасное. Но тени от торосов, вздыбленных вдоль бортов, легли кривыми, ломаными линиями, и в каждой из этих теней мог прятаться кто угодно.
Сомов появился на мостике через три минуты, одетый в полный комплект. Утеплённый комбинезон, шапка, перчатки. За ним шли Ефремов и боцман Пётр Кузьмич Ряхин, коренастый, кривоногий мужик с красным обветренным лицом, выглядевший так, будто его вырубили из того же материала, что и сам ледокол.
Сомов подошёл к монитору, несколько секунд смотрел на кормовую палубу, потом перевёл взгляд на иллюминатор правого борта.
— Фонари. Четыре штуки. И ракетницу.
— Виталий Андреевич, — начал Панкратов.
— Я слышал. На палубу идём вчетвером. Я, боцман, Ефремов и ты, Женя. Остальные на мостике. Костин, если увидишь что-нибудь на мониторе, немедленно сигналь по громкой связи.
Тот сглотнул, кадык дёрнулся на его длинной шее. Но кивнул.
Я стоял у переборки и молчал. Мне не приказали идти, и я не вызвался. Не из трусости, хотя страх уже сидел где-то глубоко, в мозгу, тяжёлый, липкий. Просто я понимал, что на палубе от меня толку мало. Я акустик, а не матрос. Мои руки привыкли к верньерам и переключателям, а не к топору.
Они вышли. Я смотрел на монитор.
***
Дверь из надстройки на кормовую палубу открылась, и в кадр вошли четыре фигуры, освещённые прожекторами. Впереди Сомов, за ним Панкратов с ракетницей, боцман с топором, Ефремов с ещё одним фонарём. Они двигались плотной группой, медленно, осматриваясь. Я видел, как луч фонаря скользнул по настилу и остановился.
— Господи, — выдохнул Костин рядом со мной.
На палубе, в нескольких метрах от кормового кнехта, лежало тело. Даже через мутную камеру, через зернистую серую картинку я видел, что с этим телом что-то чудовищно не так. Оно лежало неправильно. Не так, как лежит человек, упавший или потерявший сознание. Оно лежало так, будто его сломали, согнули в местах, где суставы не предусмотрены.
Сомов присел рядом. Боцман встал над ним, держа топор обеими руками, и крутил головой, осматривая палубу. Панкратов направил ракетницу в темноту за кормой.
По громкой связи щёлкнуло, и голос Сомова, глухой, неузнаваемый, произнёс:
— Это Плетнёв. Вызывайте врача.
Плетнёв. Витя Плетнёв, моторист, тридцать один год, из Северодвинска. Тихий, работящий мужик, который вчера читал томик Стругацких. Я вспомнил, как Панкратов спрашивал внизу, кто орал, и никто не ответил. Теперь стало ясно. Вахтенный механик потом подтвердил. Плетнёв услышал крик Дёмина с палубы и, не дожидаясь никого, рванул наверх через кормовой тамбур. Рванул на помощь. Он добежал. А помочь не успел.
Но Дёмин. Дёмин стоял на вахте.
— Где Дёмин? — спросил кто-то за моей спиной.
Никто не ответил.
Доктор, Игорь Семёнович Волков, невысокий человек с аккуратной бородкой, вышел на палубу через четыре минуты. Я не видел его лица. Только лишь фигуру на экране, но заметил, как он остановился, не дойдя до тела двух шагов, и его рука с фонарём опустилась. А потом связь снова ожила.
— Костин, — раздался голос Сомова. — Передай в машинное: полная готовность. Панкратов, обойди палубу по левому борту. Боцман, правый. Ефремов, со мной. Ищем Дёмина.
Костин передал.
Я стоял у монитора, и внутри меня нарастало ощущение, которое я не могу описать иначе, как абсолютная, беспримесная невозможность происходящего. Атомный ледокол водоизмещением двадцать три тысячи тонн стоял во льдах, залитый светом прожекторов, с экипажем в сто тридцать человек, и на его палубе только что нашли разорванного человека.
Через двадцать минут группа вернулась. Дёмина не обнаружили. Я видел, как они входили через дверь надстройки. Панкратов, чья длинная фигура казалась ещё более нескладной, чем обычно, привалился спиной к переборке коридора и несколько секунд стоял неподвижно, закрыв глаза. Боцман прошёл мимо, ни на кого не глядя, и его лицо, обычно красное, выглядело белым, как тот снег на палубе. Ефремов сел на корточки у трапа, стянул шапку и провёл ладонью по коротко стриженной голове. Рука дрожала.
Сомов поднялся на мостик последним. Он двигался медленнее обычного и прежде чем заговорить, постоял у двери, будто собираясь с мыслями. Я никогда раньше не видел, чтобы ему требовалось время на это.
— Что случилось? — спросил Костин.
— Мы обошли всю палубу, — проговорил Сомов. — Дёмина нет. Но когда мы дошли до носовой части по правому борту…
Он замолчал. Потёр переносицу. Жест, которого я за ним прежде не замечал.
— Мы слышали голос.
Костин выпрямился.
— Чей голос?
— Не знаю.
Сомов повернулся к Ефремову, который к тому моменту поднялся с корточек и стоял в дверях мостика, всё ещё комкая шапку в руках.
— Расскажи, — приказал капитан.
Ефремов облизнул губы. Лицо у него подёргивалось мелкой, почти незаметной судорогой, от которой левый глаз время от времени прищуривался.
— Мы стояли у носового шпиля, — начал он. — Светили фонарями на лёд за бортом, искали следы. Тихо. Ветер, позёмка, всё как обычно. И тут из темноты, оттуда, со льда, метров пятьдесят, может, семьдесят… Голос.
Он остановился, словно горло перехватило.
— Какой голос? — спросил я.
— Человеческий. То есть… Нет. Не человеческий. Похожий. Как будто кто-то пытается сказать слово, но не умеет. Не знает, как устроена речь, и пробует. Подбирает звуки. Понимаете?
Я не понимал. Но мне стало холодно, хотя в рубке работало отопление.
— Что именно вы слышали? — спросил Костин.
— Сначала просто звук. Длинный, тянущий. Вроде «аааа», но не чистый, а с хрипом, с какой-то… булькающей ноткой, что ли. Будто горло не приспособлено для такого. Потом оно попыталось…
Ефремов запнулся и посмотрел на Сомова. Капитан кивнул.
— Оно попыталось сказать имя. Саша. «Сааа-шааа». Только «ш» у него выходило как свист, высокий, режущий, от которого у меня заныли
- Сборник 'В чужом теле. Глава 1' - Ричард Карл Лаймон - Периодические издания / Русская классическая проза
- 1Q84 (Тысяча невестьсот восемьдесят четыре) - Харуки Мураками - Социально-психологическая
- Комментарий к Федеральному закону от 1 июля 2011 г. № 170-ФЗ «О техническом осмотре транспортных средств и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (постатейный) - Дмитрий Кандауров - Юриспруденция
- Майк Науменко. Бегство из зоопарка - Александр Исаакович Кушнир - Биографии и Мемуары
- Мастер печатей - Гусаров Сергей Александрович "Кадавр" - Городское фентези