Сергей Киров. Несбывшаяся надежда вождя - Константин Анатольевич Писаренко
- Дата:08.07.2026
- Категория: Разная литература / Прочее
- Название: Сергей Киров. Несбывшаяся надежда вождя
- Автор: Константин Анатольевич Писаренко
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Аудиокнига "Сергей Киров. Несбывшаяся надежда вождя"
📚 В аудиокниге "Сергей Киров. Несбывшаяся надежда вождя" автора Константина Анатольевича Писаренко рассказывается о жизни и деятельности выдающегося советского политика Сергея Мироновича Кирова. Главный герой книги, Сергей Киров, был одним из ближайших соратников Иосифа Сталина и играл важную роль в политической жизни страны.
🌟 Слушая эту аудиокнигу, вы погрузитесь в атмосферу советской эпохи, узнаете о важнейших событиях и решениях, принятых Сергеем Кировым. Автор с легкостью раскрывает тему книги, позволяя слушателям окунуться в историю и понять, каким был этот выдающийся политик.
🎧 На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать аудиокниги онлайн на русском языке. Здесь собраны бестселлеры и лучшие произведения различных жанров. Погрузитесь в мир книг вместе с нами!
Об авторе
Константин Анатольевич Писаренко - известный российский писатель и историк. Автор множества книг о советской и российской истории, он увлекательно рассказывает о важнейших событиях и личностях прошлого. Его работы пользуются популярностью у читателей всех возрастов.
Не пропустите возможность окунуться в историю с аудиокнигой "Сергей Киров. Несбывшаяся надежда вождя" и другими произведениями на сайте knigi-online.info!
🔗 Прочее
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
В другой раз снова попытка представить себе, «что думают эти несчастные, которым выпал такой ужасный жребий… Какой невыразимый ужас они должны переживать! С быстротою молнии пролетает в их сознании вся их безсмысленная жизнь. Все спешит напомнить о себе. А время бежит, бежит так быстро, как никогда. Мысли начинают путаться. Голову наполняет туман. Несчастный перестает себя чувствовать, неподвижно лежит на грязной постели… Вздрагивает… Малейший шорох выводит его из оцепенения. Снова трепещет умирающая мысль. Уже совсем перестала она подчиняться воле несчастных… Временами им кажется, что они чувствуют, как движется время, большими каплями падает оно в вечность. Хочется задержать, остановить его бешеное движение, но нет, оно неуловимо, и смерть быстро крадется в мрачное подземелье, уже хватает своими холодными костлявыми руками свои жертвы, и они ясно начинают слышать ея холодное, как могила, дыхание…
И никто не поможет обреченным, ничто не спасет их, не отвратит меча, повисшаго над их головами. Сознание этой неизбежности должно быть особенно ужасно… Хочется закричать, кричать так, чтобы разбудить всю вселенную, чтобы сами боги пришли в содрогание от этого крика… Нет, лучше не писать об этом! А о другом не могу сейчас…»
«Безсмысленная жизнь»? Это не оговорка? Не имел ли в виду Костриков в тот момент и себя? Свои несколько лет, отданные делу свержения царского режима, чего простой народ, как выяснилось, не очень-то и хотел… Зато сам он оказался за решеткой, чуть не угодил на эшафот и уж точно потерял любимого человека.
Костриков ещё в тюрьме узнал, что «Н.Г.» вышла замуж и уехала из Томска на Северный Кавказ. Потерялась связь со многими старыми товарищами. Но не со всеми. Изредка его навещали. Например, Александр Гладышев с Ниной Поповой как-то сумели, подкупив тюремного привратника, проникнуть на территорию тюремного двора и во время прогулки пообщаться с «Сержем», поведать разные новости и передать любимые им цветы. Это свидание «очень обрадовало и взволновало» узника.
Цветы с воли… Как замечал Сергей Миронович позднее, «тюрьма удивительно обостряет проникновенность в самого себя и заставляет заняться самоанализом…»! [58] Судя по всему, тюремные впечатления и размышления довершили «дело», начатое «меньшевистским» «выпадом» Гутовского на партийной конференции в июне 1905 года. И похоже, мировоззрение нашего героя претерпело настоящую метаморфозу. Как показала сама жизнь, русскому народу «сейчас нужнее всего» вовсе не профессиональный революционер, а кто-то другой. Кто другой, Кострикову и предстояло понять…
Сергей уже сознавал, что лучше умеет убеждать и переубеждать, чем стрелять и взрывать. Посему место его – не на баррикадах, а на трибунах, в идеале, в газетной редакции. Хватит вооруженных демонстраций, нелепых всеобщих стачек, подпольных типографий. Бороться с режимом можно и в рамках закона. Причем успешно бороться.
Как видим, Надежде Германовне стоило лишь потерпеть года два-три, чтобы её возлюбленный стал думать так же, как она…
12. В Иркутске
И вот Сергей Костриков снова на воле. По выходе из тюрьмы собрались на квартире Григория Минского, старого его товарища по молодежному активу Крамольникова, так называемому «подкомитету». Решали, как быть дальше, и кто-то произнес: «Иркутск!»
А почему бы и нет? Она уехала на запад, он поедет на восток. И вовсе не в гордом одиночестве. А в дружной мужской компании со старым приятелем и партийным товарищем Александром Гладышевым.
Сохранилась открытка Кирова сестрам – Анне и Лизе – «с дороги… в Иркутск», не датированная. Хотя почтовый штемпель сильно смазан, две полустертые цифры – 08 – вполне различимы. Это – год, 1908‐й. Разобрать, какой месяц, труднее. Но на кромке гербовой марки проглядывает очертание полукруга, напоминающее 0, 9 либо 8. Если перед нами ноль, то вторая практически неразличимая цифра – либо семерка, либо восьмерка, либо девятка. Скорее всего, переезд состоялся вскоре после освобождения из тюрьмы в июле или августе 1908 года. Кстати, открытка опущена в почтовый ящик в Красноярске, почти на полпути из одного города в другой.
В Иркутске дуэт остановился у Николая Ивановича Иванова, печатника, эсдека (партийная кличка Канительщик), прежде также работавшего в Томске, а затем перебравшегося с семьей на новое место. По свидетельству Гладышева, никакой партийной, подпольной, революционной деятельности они не вели. Старшие товарищи, тот же Канительщик, не советовали. Оба пытались трудоустроиться. Костриков безуспешно искал вакансию чертежника, а Гладышев давал уроки в качестве репетитора и пробовал себя на поприще репортера в местных газетах. В итоге с весны начал публиковаться в либеральной «Сибири». Не без протекции другого «эмигранта» из Томска – Николая Дробышева, ставшего в Иркутске журналистом «Сибири» под дворянским псевдонимом Оболенский.
Сергей, похоже, в тот период журналистику своим призванием ещё не считал, делая ставку на приобретенную в Казани специальность. Наилучшее в этом смысле достижение нашего героя в Иркутске – помощник репетитора, то есть Гладышева. На пару с другом он преподавал одной из гимназисток немецкий язык, которому сам обучался в тюрьме по самоучителю, чтобы «читать Маркса в оригинале». Вернее, немецким с девицей занимался Костриков, а с Гладышевым она зубрила французский. Месяц подобного репетиторства приносил друзьям пятнадцать рублей, на которые, не считая разовых подработок, и жили. Трапезничать часто шли в столовую на 4‐й Солдатской улице, принадлежавшую одной чешской семье. До 22 июня 1909 года квартировали по близости, на той же улице. Очень удобно. Правда, сорок копеек за два изысканных и вкусных блюда – дороговато. Выручали товарищи: Ивановы и Дробышевы регулярно приглашали к себе на обед, Федюкины, торговавшие мукой, раз в неделю угощали горячими щами. Кошековы потчевали горячим чаем с кондитерскими сладостями.
Открытка С.М. Кирова, отправленная сестрам по дороге из Томска в Иркутск, 1908 г. [РГАСПИ]
Кстати, Кошеков Зотик Семенович заведовал клубом общества приказчиков, на углу Большой и Ланинской улиц (дом № 69/22). Он – хороший знакомый Гладышева, в прошлом секретаря Томского общества приказчиков. Молодые люди вечера, как правило, коротали в этом клубе, в кругу сверстников. В залах, украшенных зеркалами, скульптурой, цветами, танцевали, смотрели спектакли театрального кружка, играли в бильярд, слушали граммофон, беседовали и «мечтали».
На Рождество по инициативе «первой леди» кружка А.М. Талалаевой, жены редактора газеты «Восточная заря», всей молодежной кампанией прокатились на тройках за город и там, в деревенской избе, веселились до утра, и, если верить мемуаристу, совсем без выпивки или почти без неё… Костриков на этом празднике пел. Оценили: «Чудесный тенор!»
Раз в месяц друзья посещали хлебосольные обеды на квартире Анны Ивановны Голянковской, служившей в одной из контор Забайкальской железной дороги. У неё также
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Ночной администратор - Джон Ле Карре - Шпионский детектив
- Комментарий к Федеральному закону от 29 декабря 2006 г. № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» (постатейный) - Михаил Петров - Юриспруденция
- Пролог в поучениях - Протоиерей (Гурьев) Виктор - Православие