Законы войны - Александр Афанасьев
- Дата:18.09.2026
- Категория: Фантастика и фэнтези / Боевая фантастика
- Название: Законы войны
- Автор: Александр Афанасьев
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Аудиокнига "Законы войны" - захватывающий роман о борьбе за выживание
📚 "Законы войны" - это захватывающая аудиокнига, написанная талантливым автором Александром Афанасьевым. В центре сюжета - главный герой, чья судьба переплетается с тяжелыми испытаниями и опасными приключениями.
Этот роман погружает слушателя в атмосферу борьбы за выживание, где каждое решение может стать решающим в битве с врагами. Страсть, интриги, и предательство - все это ждет вас в аудиокниге "Законы войны".
🎧 На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать эту и многие другие аудиокниги на русском языке. Сайт собрал в себе бестселлеры и лучшие произведения различных жанров, чтобы каждый мог насладиться увлекательным чтением в любое время.
Не упустите возможность окунуться в мир захватывающих приключений и эмоций с аудиокнигой "Законы войны" и другими произведениями на сайте knigi-online.info!
Об авторе:
Александр Афанасьев - талантливый писатель, чьи произведения завоевали признание читателей. Его книги отличаются увлекательным сюжетом, живыми персонажами и неожиданными поворотами событий.
Слушайте аудиокниги, погружайтесь в мир фантастики и приключений, и наслаждайтесь каждым моментом, проведенным вместе с героями книг Александра Афанасьева!
Не пропустите возможность окунуться в мир увлекательных аудиокниг прямо сейчас!
🔥 Погрузитесь в мир боевой фантастики с аудиокнигами на сайте Боевая фантастика на knigi-online.info! 🔥
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Сегодняшняя проверка показала, что около подозрительного здания было движение. А поскольку проверять все равно надо было — ночью пришлось пожертвовать.
Для этого у нас был Бык, к которому в последнее время пристрастилась, похоже, половина всего русского контингента. Мерзкое химическое питие, изобретенное в Материковой Японии для того, чтобы китайские рабы могли работать по двадцать часов в сутки, не уставая. Из европейцев его впервые пригубил австро-венгерский турист [102], чудом попавший в Циндао — германский сеттльмент в бывшем Китае. Сейчас его производили по всему миру, в том числе и в России — пили его обычно дальнобойщики и те, кому предстояла веселая и интересная ночь. В каком-то смысле — веселая и интересная ночь предстояла и нам с Арабом. На случай, если она станет неумеренно веселой, у меня был автомат с глушителем и термооптическим прицелом и барабанный гранатомет с солидным запасом гранат. То, что мы делали, было против всяких правил, подобного рода операции не проводят вдвоем и без поддержки. Именно потому у нас были все шансы добиться успеха.
Араб в это время должен был быть уже в городе, его транспортным средством был мотоцикл, который мы возили прикрепленным к багажнику на крыше «Датсуна». У него была интересная особенность — помимо обычного мотора с более эффективным, чем обычный, глушителем у него была батарея-конденсатор в раме, так что он мог преодолеть полтора километра со скоростью около тридцати километров в час совершенно бесшумно. Крайне полезная опция для спецназовца, действующего за линией фронта.
Впрочем, разговорился я что-то. Вон и Араб вышел на связь — он уже на исходной. А я сейчас проверю запущенный с руки беспилотник и буду смотреть, чтобы никто лишний к нему не подобрался…
Араб положил мотоцикл на бок в самом начале узкой улочки — далековато на случай, если придется уносить ноги, но что делать. Тут была совершенно очаровательная куча мусора, которую утром должны были забрать, и на ее фоне мотоцикл был совершенно не виден. Особенно если его еще и прикрыть мешковиной.
Вот… так.
Араб моментально избавился от белой рубашки, которая могла выдать его в темноте, скатал и засунул к себе в рюкзак. Теперь все, что на нем было надето, было черного или темного цвета, и ничего из этого не могло выдать его в темноте. Несмотря на то что здесь было темно, лишь малосильные уличные фонари прожигали мрак, оставляя на черном бархате ночи желтые дыры — необходимо было предпринять все меры предосторожности. Человеческий глаз — превосходный созданный многими тысячами лет эволюции инструмент, и активировать его может один-единственный фотон, попавший на сетчатку.
Он опустил на глаза прибор ночного видения — в отличие от обычного армейского, у него было не один, а сразу четыре монокуляра, дающие поле зрения в сто тридцать пять градусов. Было тихо, поразительно тихо даже для русской деревни — все как будто вымерло. Слава Аллаху — афганцы почти не держат собак, способных учуять постороннего на улице и поднять такой лай, что всех святых выноси. Одной проблемой меньше…
Микрофон был на горле, он снимал звуки прямо с гортани, что оставляло обе руки свободными и позволяло поддерживать постоянную связь. Кроме того, такой микрофон способен был уловить самый тихий шепот.
— Первый, я Второй, прибыл на место, начинаю работать… — прошептал Араб, — где птичка?
— Второй, я Первый, птичка над тобой. Продвигайся вперед, пятьдесят метров. По фронту свободно…
Что хорошо в афганских пригородах — высоченные заборы, сделанные из глины с камнями или бетонных плит. Ничего не видно…
Араб направился к нужной точке — не торопясь и не медля. От езды на мотоцикле затекли ноги и напоминала о себе спина. Он напомнил себе, что уже не молод и не время бы ему изображать из себя. В 22 САС — главном спецподразделении главного противника — после сорока никаких шансов, или в штаб, или в учебку, но на боевое задание тебя не возьмут. Ну а он… он сам себе такую жизнь устроил… гадство…
Вот, кажется, и нужное здание.
Обычный высоченный забор. Обычные стальные ворота…
— На месте…
— Замри!
Араб замер — его отлично научили выполнять команду. Разучивали так: одной половине командовали «замри», а вторая половина — бегала между замершими курсантами, и не дай бог кто-то пошевелится…
— Прошли… Внутри четыре объекта, два парных патруля на периметре…
Араб достал из рюкзака пистолет с глушителем — если не поможет это, не поможет ничего.
— Даже не думай об этом. Ты можешь пройти, если переберешься через стену ровно за шестьдесят секунд. Они идут с повторяющимся интервалом…
Это уже признак непрофессионализма. Хороший патрульный никогда не будет ходить туда-сюда равномерно, как китайский болванчик. Он будет действовать неожиданно, даже в таком скучном деле, как охрана, и всегда будет настороже.
— Я сделаю. Дай отсчет.
— Хорошо. Скажи, как будешь готов…
Араб посмотрел наверх, затем достал из рюкзака перчатки из кевлара, выдерживающие удар тока — пистолет он убрал в рюкзак, он сейчас не нужен. Сверху не было видно ни изоляторов Кактуса [103], ни колючей проволоки, но это только настораживало. Если это серьезный объект — там что-то должно быть.
— Готов.
— Тридцать секунд. У тебя будет шестьдесят.
— Понял…
Он вспомнил пацанов, которых готовил, совсем некстати. Почему-то подумалось, что решать ситуацию здесь будут уже они, их смена. Новое поколение. Эта война будет как Кавказская — делом двух, а то и трех поколений. Дай Бог, чтобы победу увидели хоть внуки…
Казачата. Мальчишки. Он скучал по ним — хоть сам в этом и не признавался. Он так и не обзавелся семьей — был одиноким волком, и они ему стали как семья. Драчливые, взбалмошные — и в то же время чистые, как лист бумаги, на котором еще надо что-то написать. Он помнил их глаза — когда они сидели в степи, у крошечного бездымного костра, на котором кипятили чай, и он рассказывал им то, что нельзя было рассказывать. О специальных операциях, в которых он участвовал. О городах, в которых он побывал. О Бомбее и Пешаваре, о Тегеране и Каире, о Багдаде и Адене. Для них, выросших в приволье казачат, эти города существовали как будто на другой планете. Постоянная удушающая вонь от двигателей, работающих на самодельном бензине, вонь горящих кизяков [104], узкие улицы, обшарпанные дома, острые как нож взгляды, озлобленные или обманчиво равнодушные лица людей, чужая, похожая то ли на тяжелую отрыжку, то ли на карканье ворона речь. Конечно — были и русские города, Багдад, прежде всего, запоминался «Хадека Алшани» [105] — так претенциозно местные называли районы нефтяных небоскребов в самой излучине Тигра — но и там, на ярких и шумных улицах скрывалась незримая опасность. Для русского, тем более для казака, человека вольного — существовать в этой трясине было невозможно. Но он привык к этому, он пропитался этой вонью костров и пота, как местные, — и его нельзя было отличить от местных. Он приводил пацанам фразы на чужом языке, рассказывал об обычаях народов, про которые если кто что и знает — так из новостей, из раздела чрезвычайных происшествий — а они слушали его с горящими глазами. Может, он зря им об этом рассказывал — не дело скитаться по всему миру как…
— Пошел!
Он подпрыгнул, вытянувшись, как в прыжке, и с трудом (стареешь, мать твою, стареешь, казак!) зацепился за край бетонной плиты. В ушах тяжко бухало сердце…
— Пятьдесят пять.
Он начал подтягиваться. Это не так-то просто, если под коленями плита, да и зацепился неплотно.
— Пятьдесят.
Главное не нашуметь — а то счетчик быстро обнулится. Он представлял, как все оно будет — мечущиеся лучи фонариков, короткая очередь…
— Сорок пять…
Ему удалось подтянуться. Перевалиться через забор. Он понял, почему не было технических средств защиты — нельзя было привлекать внимание. Ни у кого на заборе не торчат по краям изоляторы — и тут этого не должно быть. Они полагаются на куда более чуткую и универсальную охрану — глаза уши и опыт опытных, обученных своему делу людей.
— Сорок. Быстрее.
Прыгнул. Перекатился — но все равно слышно. Прижался к земле — все. Ставки сделаны — ставок больше нет.
— Тридцать пять.
Где? Где спрятаться.
— Тридцать. Справа или слева от входа.
Он побежал туда. А вот хрен там спрячешься, это только сбоку круто выглядит. Дело в том, что человек как-то инстинктивно чувствует живое существо рядом с собой, особенно если его обучить доверяться своим инстинктам, не лениться проверять то, что показалось неправильным или ненормальным. Они проверяли это — даже в кромешной тьме человек чувствует находящееся рядом живое существо, но…
— Двадцать пять.
- Штрафбат Павла Первого: Штрафбат Его Императорского Величества. Спецназ Его Величества. Диверсанты Его Величества. Заградотряд Его Величества - Сергей Николаевич Шкенев - Альтернативная история / Боевая фантастика / Попаданцы
- Нерв (Стихи) - Владимир Высоцкий - Поэзия
- Архангел - Роберт Харрис - Исторические приключения
- Чудеса исцеления архангела Рафаила - Дорин Вирче - Здоровье
- Лихо. Медь и мёд - Яна Лехчина - Героическая фантастика / Русское фэнтези / Фэнтези