'Фантастика 2026-169'. Компиляция. Книги 1-31 - Алексей Аржанов
- Дата:29.08.2026
- Категория: Боевая фантастика / Попаданцы / Фэнтези
- Название: "Фантастика 2026-169". Компиляция. Книги 1-31
- Автор: Алексей Аржанов
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Лейтенант Соколов? — произнёс он негромко. — Так точно. — Капитан Кузьмин. Особый отдел. Завтра с утра поговорим. Сейчас идите, лечите руку.
Он коротко кивнул санитару. Санитар тронул меня за локоть. Я пошёл. На ходу, на выходе из взгляда, слышал за спиной короткий щелчок — Кузьмин раскрыл свой блокнот и что-то записал. Одну строчку, не больше. Но записал.
В палатке пахло йодом, хлоркой и гарью. Кто-то тихо стонал у дальней стены. Белокурая медсестра в запотевшей косынке показала на табурет у стола. Я сел. Руки лежали на коленях, правая — ладонью кверху. Левая нащупала клапан планшета: застёгнут. Это было всё, что я сейчас контролировал: один застёгнутый клапан.
Где-то на западе, далеко, глухо ухнуло. Один раз, протяжно.
Полог палатки опустился за моей спиной.
Глава 2
Проснулся от того, что рядом передвигали что-то железное.
Лежал лицом в потолок — серая парусина палатки, в шов затекло солнце, пылинки висели в косом луче, не двигались. Пахло йодом, хлоркой и ещё чем-то, чего не хотелось различать. Пахло, кроме того, свежим сеном — под простынёй, на которой я лежал, был соломенный тюфяк, и солома пришла с мая, пахла ещё июньским полем.
Я лежал и считал себя заново.
Правая рука забинтована от пальцев до локтя. Пальцы шевелятся — мизинец хуже, но идёт. Плечо тянет. Левое ухо уже не глухое — в нём тонкий звон, но звуки сквозь него проходят, слова можно будет понимать. Голова тяжёлая, но не крутит. Живой.
Четыре койки в палатке вместе с моей. Две напротив — на одной красноармеец лет сорока, с перевязанной головой, дышал коротко, ровно, не просыпался. На второй — никого; был, и нет. Койка у самой стенки стояла с голым матрасом, у изголовья — простыня комом. Санитарка, молчаливая, с полотенцем на плече, собирала в сумку чью-то гимнастёрку, потом вышла, не обернувшись.
Справа от меня, через проход, стоял пустой табурет и на нём — маленький осколок зеркала на деревянной подставке. Обломанный угол, трещина через стекло. Для бритья.
Я сел. Сесть оказалось можно. Голова чуть повело, но удержалась. Правая рука висела поперёк колен, я её не трогал. Спустил ноги — ноги были чужие, молодые, жилистые, с тонким волосом. Сапоги стояли у тумбочки, один носком влево, другой чуть поодаль. Брюки на мне были солдатские, простые, чистая, верно, чья-то чужая пара; моих я не помнил.
Встал. Подошёл к табурету. Наклонился.
В зеркале был молодой человек.
Русые волосы, стриженые коротко, на затылке прядь стояла торчком. Серые глаза — серые с просинью, широко расставлены, ресницы светлые. Лицо продолговатое, подбородок с мягкой ямкой посередине. На правом виске — пятно ожога, красный лоскут с серебряной коркой по краю. Скула поцарапана. В волосах, у корня, — сажа; не всю отмыли.
Я скользнул глазами ниже. Шея тонкая, с выступающим кадыком. На ключице справа, у самого края воротника — маленькая родинка. На левом предплечье у локтя, где рука выглядывала из-под рукава, тот самый шрам полукольцом, который я нащупал ещё в кабине, — белый, давний, с чёткой дугой. Этот шрам был не мой, но на моей руке. И родинка — не моя, но над моим дыханием. И кадык не мой, а всё же двигался, когда я глотал слюну.
Молодой человек в зеркале встретил мой взгляд. Я разглядывал его, он — меня.
— Здравствуй, Лёша, — произнёс я тихо, одними губами, без звука. Он не ответил. Я постоял так секунд десять. Потом выпрямился. В зеркале отплыл вверх край подбородка, потом — шея, потом — воротник чужой гимнастёрки. Я отошёл.
Полог отодвинулся. Вошла медсестра.
— Встали уже, товарищ лейтенант? — сказала она не сердито, а буднично. — Ну-ну. Садитесь, посмотрю руку.
Она была молодая, с круглым лицом, с веснушками над верхней губой. Косынка сбита набок, под косынкой светлые волосы. В руках — свёрток чистой марли, бутылёк с йодом в ладони.
— Как звать? — спросил я. — Меня? Дуся. Евдокия, если по паспорту. Вам чего, Дусю или Евдокию? — Дусю. — Ну вот. Руку дайте.
Села на табурет, взяла мою правую кисть на колено. Разматывала ровно, не дёргая. Где присохло — подливала йодом из бутылька. Я смотрел в сторону и дышал носом.
— Вы когда привезли — думали, поплывёте, — говорила она между делом, не поднимая глаз. — Товарищ капитан ещё вчера вечером заходил, стоял. Глядел. Сказал — завтра. Вам повезло, что вчера не разбудили. — Капитан? — С особого отдела. Худенький такой. Сегодня опять придёт, наверное.
Она закончила мотать новую марлю, закрепила скобкой. Протянула мне жестяную кружку с водой. Я выпил двумя глотками.
— Лежите, товарищ лейтенант. Сейчас кашу принесу. — Вышла.
Я сидел на краю койки и рассматривал свои руки. Правая — в марле, от локтя белая. Левая — молодая, с коротко подстриженными ногтями, с жёлтым пятном никотина на большом и указательном. Значит, Соколов курил. Придётся не забыть.
Кузьмин вошёл так же, как стоял тогда у санчасти, — не торопясь, и сразу будто бы уже был здесь давно.
Гимнастёрка застёгнута до горла, петлицы тёмные, аккуратные, с капитанскими знаками. В левой руке — тот же маленький затасканный блокнот. В правой — коробка папирос «Беломор», уже початая. Под мышкой — свёрнутая газета, но он её не разворачивал, только положил на край моей тумбочки.
Сел на табурет у зеркала. Табурет скрипнул один раз и замолчал. Он раскрыл блокнот на чистой странице. Достал карандаш, послюнил кончик, поставил короткую дату цифрой. Потом поднял на меня глаза.
— Как самочувствие, лейтенант? — Терпимо, товарищ капитан. — Голова? — Гудит ещё. Левое ухо плохо. — Ну, говорите медленнее. Если чего не расслышу — переспрошу. Начнём.
Он закурил от спички, положил спичку в жестяную банку, которая появилась у него на колене невесть откуда, и пошёл ровно, как по списку.
— Дата вылета — двадцать восьмое июня. Время — помните? — Около полудня. Точнее не помню. — Задача группы. — Штурмовка немецкой колонны. Район Березины. — Конкретный квадрат? — Не помню, товарищ капитан. Контузия. На карте показал бы, пожалуй, если покажете. — Покажу потом. Сколько машин шло?
Я молчал секунду. Сколько. Откуда мне знать сколько. Я ответил:
— Не помню. — Кто вёл группу? — Не помню, товарищ капитан.
Карандаш ровно двигался по строке. Не
- Сборник 'В чужом теле. Глава 1' - Ричард Карл Лаймон - Периодические издания / Русская классическая проза
- Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская - Боевая фантастика / Попаданцы / Фэнтези
- Фантастика 2026-47 - Алексей Анатольевич Евтушенко - Боевая фантастика / Попаданцы
- Хрусталь и стекло - Татьяна Ренсинк - Исторический детектив / Остросюжетные любовные романы / Прочие приключения
- Системный практик - Олег Свиридов - Прочее / Попаданцы / Повести