Секрет Сабины Шпильрайн - Нина Абрамовна Воронель
- Дата:16.01.2026
- Категория: Документальные книги / Биографии и Мемуары
- Название: Секрет Сабины Шпильрайн
- Автор: Нина Абрамовна Воронель
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Аудиокнига "Секрет Сабины Шпильрайн" от Нины Абрамовны Воронель
📚 "Секрет Сабины Шпильрайн" - захватывающая история о загадочной женщине, чья жизнь полна тайн и загадок. Главная героиня, Сабина Шпильрайн, скрывает в себе множество секретов, которые постепенно раскрываются в течение всего романа. Ее судьба переплетена с тайнами прошлого, интригами настоящего и неожиданными поворотами событий.
🎧 Слушая эту аудиокнигу, вы окунетесь в мир загадок и тайн, который раскроется перед вами благодаря увлекательному повествованию Нины Абрамовны Воронель. Каждая глава преподносит новые открытия и сюрпризы, не давая вам оторваться от происходящего.
🌟 Нина Абрамовна Воронель - талантливый российский писатель, чьи произведения завоевали сердца миллионов читателей. Ее книги отличаются увлекательным сюжетом, живыми персонажами и неожиданными развязками.
📖 На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать аудиокниги на русском языке. Мы собрали лучшие произведения разных жанров, чтобы каждый мог найти что-то по душе. Погрузитесь в мир книг вместе с нами!
Не упустите возможность окунуться в захватывающий мир "Секрета Сабины Шпильрайн" и раскрыть все тайны вместе с героиней. Слушайте аудиокниги бесплатно на knigi-online.info!
🔗 Ссылка на категорию аудиокниг: Биографии и Мемуары
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Фильм побежал дальше, и вскоре я увидела Сабину в подвенечном наряде, а следом лакированный башмак жениха, дробящий традиционную для еврейской свадьбы хрустальную рюмку. У меня перед глазами возникли ноги Павла Наумовича не в нарядных лакированных, а в старых стоптанных башмаках, висящие на уровне моего лица. И вслед этим ужасным ногам у меня в ушах зазвучал голос Сабины: «Я совершила непростительную ошибку, выйдя замуж за Павла без любви…»
Я вскочила с места, опрокинув чашечку кофе, и ринулась вон из зала. Наспех схватив в гардеробной пальто, я выбежала на улицу и остановила такси – я не могла позволить себе истратить сорок минут на пешую пробежку к отелю. В воскресенье пробок, к счастью, было немного, и через десять минут я уже отпирала дверь своего номера. Опасаясь, что Лилька опять меня потревожит, я приклеила к двери записку: «Лилька, не стучи и не звони, я должна закончить свою работу». И, не снимая пальто, открыла компьютер.
Версия Сабины
(продолжение)
Павел был очень хороший и добрый человек. Единственным его недостатком было то, что я его не любила. В молодости он был даже красив – высокий, статный, это он к старости раскормил такое брюхо. Но дело не в брюхе, а в том, что мы нисколько не подходили друг другу. Я была зачарована культурой Европы и совершенно отошла от еврейских традиций, а он ходил в синагогу, зажигал по субботам свечи вместо меня и раздражал меня своей неприемлемостью для людей моего круга…
Как-то юнга объявил мне, что все мои беды происходят из-за отступничества моего папы, сына известного цадика, ставшего на колени перед культурой Европы. От этого у меня комплекс отца и ненависть к его руке. Как будто эти отвлеченные понятия могли исключить мою ненависть к отцовской руке, раздающей шлепки и пощечины направо и налево.
Мое отношение к папе смешалось с моим неприятием Павла – я не любила его, в точности так, как мама не любила папу, словно я получила эту нелюбовь по наследству. Вскоре после свадьбы мы уехали в Берлин. Павел очень не хотел покидать Россию, где у него была неплохая врачебная практика, но я ни за что не соглашалась жить в душной российской атмосфере. И главное, я не могла жить в такой дали от юнги, безо всякой надежды с ним хоть когда-нибудь увидеться.
Наши отношения с юнгой еще до моего замужества приняли странную форму. Когда я написала свою основную работу о деструкции, я хотела напечатать ее в «Ежегоднике», где он был главным редактором. Я послала ему статью, а через пару недель пришла к нему по его приглашению. Он встретил меня не как автора, а как бывшую возлюбленную, которую ему хочется вернуть. И мы опять стали тайно встречаться.
Но это не продлилось долго – у юнги появилась новая пациентка, тоже еврейка, Тони Вульф, которая довольно быстро заняла мое место. И тогда я решила, что хватит губить свою жизнь в муках безответной любви. Мое девичье время истекало, мне было двадцать семь лет, и я уступила настойчивым требованиям родителей – поехала в Ростов и вышла замуж за Павла.
Фрейд был в восторге от моего решительного шага, для него мое замужество означало, что я выкорчевала из сердца свою любовь к юнге. Его поздравительное письмо я и сейчас помню наизусть: «Дорогая госпожа доктор. Теперь вы жена, и это значит, что вы наполовину излечились от своей невротической привязанности к Юнгу. Иначе вы бы не решились на брак. Напоследок признаюсь, что мне была вовсе несимпатична ваша фантазия о рождении Спасителя от смешанного союза. В антисемитское время Господь родил его от лучшей еврейской расы».
При всем моем глубоком уважении к Фрейду из этого письма видно, как плохо наш великий психолог понимал женщин. Он делает два ошибочных предположения: я разлюбила юнгу, иначе я бы не решилась на брак. А почему бы не наоборот: я решилась на брак, потому что надеялась с помощью мужа избавиться от своей неизлечимой любви? И насчет рождения Спасителя от смешанного союза – он все-таки принял версию юнги, что я хотела ребенка, а не совместной работы. Для меня это означало, что мужчины едины в своем представлении о женщинах как о существах низшей породы, не способных к духовной жизни.
Но что бы ни писал мне великий учитель, факт оставался фактом – после свадьбы я очень быстро осознала, что не люблю Павла, а по-прежнему люблю юнгу и тоскую по нему не меньше, чем до замужества. Мы с Павлом поселились в Берлине, который был тогда центром бурлящей и противоречивой европейской культурной жизни.
Но мы лично мало наслаждались богатством берлинского артистического калейдоскопа: бедный Павел с трудом осваивал неподатливый немецкий язык, а я, хоть написала там много статей, не была приветливо встречена местным психоаналитическим сообществом. Руководитель сообщества, любимец Фрейда, доктор Абрахам, справедливо считал Юнга своим соперником и терпеть его не мог. Абрахам знал о моем романе с Юнгом и не хотел иметь со мной ничего общего.
К счастью, деньги у нас были – мои родители высылали нам регулярно основательные куски моего приданого, но Павел страдал от того, что вынужден был жить за мой счет. Даже моя быстро обнаружившаяся беременность не могла нас примирить. Меня в нем раздражало все: его регулярные посещения синагоги, его утренние и вечерние молитвы, его равнодушие к театру и живописи, его депрессия по поводу отсутствия заработка.
Я думаю, его также раздражали мои знакомства и моя неспособность поддерживать порядок в доме. Что греха таить, я была нерадивой хозяйкой: я не умела готовить и терпеть не могла мыть посуду. Мысли мои, подкрепленные уверенностью в постоянной родительской поддержке, блуждали далеко-далеко от семейного быта, а Павел хотел послушную еврейскую жену, ничем не похожую на меня. И я хотела совсем другого мужа, ничем не похожего на него.
Трудно представить, чтобы из такого сочетания могло выйти что-то хорошее. И все же, мы, может, в конце концов притерлись бы друг к другу, но тут в наши отношения вмешалась мать Павла, которую черт зачем-то принес за нами в Берлин. Я ее терпеть не
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Пролог в поучениях - Протоиерей (Гурьев) Виктор - Православие
- Пролог в поучениях - прот.Виктор Гурьев - Религия
- Похищение Манхэттена - Джон Стиц - Космическая фантастика