Форма входа
0/0
Жизнь переходит в память. Художник о художниках - Борис Асафович Мессерер
- Дата:08.07.2026
- Категория: Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн
- Название: Жизнь переходит в память. Художник о художниках
- Автор: Борис Асафович Мессерер
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Уважаемые читатели!
Тут можно читать бесплатно Жизнь переходит в память. Художник о художниках - Борис Асафович Мессерер. Жанр: Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн книги без регистрации и SMS на сайте Knigi-online.info (книги онлайн) или прочесть краткое содержание, описание, предисловие (аннотацию) от автора и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Описание онлайн-книги Жизнь переходит в память. Художник о художниках - Борис Асафович Мессерер:
Борис Мессерер (р. 1933) — живописец, график и сценограф, автор мемуарной книги «Промельк Беллы». Легендарная балетная семья Мессереров и Плисецких, работа с лучшими театральными режиссерами, двадцать персональных выставок и, конечно, дружеское окружение — художника недаром называли королем богемы. Главной же своей жизненной удачей он всегда считал возможность заниматься чистой живописью. В книге «Жизнь переходит в память» Борис Асафович пишет о великих учителях: А. Фонвизине, А. Тышлере, В. Эльконине; ближайших товарищах и коллегах: Л. Збарском, Ю. Красном, С. Бархине, В. Левентале, Э. Кочергине, С. Алимове и многих других. Говорит о своем видении их искусства и вспоминает теплые встречи. Из этой мозаики постепенно складывается портрет эпохи. «Я рассказываю о тех прекрасных художниках, кто жил и творил на моих глазах, кто произвел на меня сильное впечатление и повлиял на мое становление. Так воспоминания о друзьях сложились в творческую автобиографию».
Аудиокнига "Жизнь переходит в память. Художник о художниках"
В аудиокниге "Жизнь переходит в память. Художник о художниках" вы окунетесь в увлекательный мир искусства и творчества. Автор книги, Борис Асафович Мессерер, расскажет вам о жизни и творчестве различных художников, их вдохновении и творческих методах. Вы узнаете о том, как жизнь каждого художника переходит в его произведения, оставляя след в истории искусства.
Главный герой книги - это само искусство, которое становится главным героем в жизни каждого художника. В каждой главе вы встретите нового художника, чья жизнь и творчество поразят вас своей уникальностью и глубиной. Каждый из них нашел свой путь в искусстве, и их истории станут для вас настоящим источником вдохновения.
Борис Асафович Мессерер - талантливый писатель и исследователь искусства. В своих произведениях он раскрывает тайны творчества художников и помогает читателям увидеть искусство с новой стороны. Его работы пользуются популярностью у любителей искусства и профессионалов в этой области.
На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать аудиокниги на русском языке. Здесь собраны лучшие произведения различных жанров, которые подарят вам удовольствие и новые знания. Погрузитесь в мир книг вместе с нами!
Не упустите возможность окунуться в увлекательный мир искусства с аудиокнигой "Жизнь переходит в память. Художник о художниках" от Бориса Асафовича Мессерера. Познайте тайны творчества великих художников и вдохновитесь на собственные творческие открытия!
Подробнее о категории аудиокниг "Биографии и Мемуары" вы можете узнать здесь.
Читем онлайн Жизнь переходит в память. Художник о художниках - Борис Асафович Мессерер
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
рецепту, без масла, постоянно переворачивая его на ребрах сковороды. Мы распили четвертинку коньяка и съели в самом деле очень удачно приготовленные стейки.
После этого Валя открыл неизвестно откуда взявшийся сундук и стал вынимать различные бумаги и еще какой-то хлам. На дне сундука оказались маленькие, снятые с подрамничков холстики с пейзажами Ленинграда, написанные Доррером в молодые годы, очень созвучные моему тогдашнему умонастроению. Я был рад этому Валиному поступку, тому, что он ассоциировал свои ранние работы с моими тоже ранними этюдами этого города. Так возникла еще одна наша точка соприкосновения. В дальнейшем Валя видел, как я работаю с натуры в заснеженном городе.
Однажды, примерно в эти же дни, я отправился писать зимний пейзаж. Я был одет в совершенно не подходящее для такого случая пальто из американского габардина с пристегивающейся подкладкой из толстого меха (потому всегда называл его шубой), и на выбранной мною точке, где-то на Мойке, измазал эту дорогую шубу масляными красками, потому что мой холст все время срывало ветром с мольбертика. Я был совершенно расстроен, и лишь то, что Валя с первого же взгляда на этюд похвалил его, вернуло меня к жизни и дало ощущение реальности происходящего.
Тем временем в мастерскую Вали Доррера артисты «Современника» пригласили спеть для них молодого, тогда мало кому известного Булата Окуджаву. Для меня это было первое знакомство с творчеством Булата. Народу набилось великое множество, и на кусочек свободного пространства вышел человек восточной наружности, с сильно курчавыми волосами и гитарой в руках. С первого же аккорда он буквально заворожил всех присутствующих своими песнями — их я слышал впервые. Булат пел много и очень охотно, легко откликаясь на просьбы артистов, которые выкрикивали названия известных им песенок и подпевали. Общее впечатление от выступления было чрезвычайно сильное, думаю, оттого, что Окуджава был так щедр в исполнении своих песен, и, казалось, что эта щедрость была свидетельством таланта. Мы с Валей сидели рядом, и я чувствовал, что он тоже впечатлен.
Посещая мастерскую Доррера, я, в то время молодой начинающий театральный художник, бывал поражен количеством телефонных звонков от различных режиссеров: все они желали с ним работать и делали ему по телефону предложения о сотрудничестве. И я понимал, что надо иметь определенную жизненную стойкость, чтобы принимать правильные решения, обуздывая безумный ритм этой предполагаемой деятельности. Уже потом я догадался, что увлечение Вали дурманящими напитками было во многом продиктовано этими обстоятельствами. И какой же резкий контраст со всплеском интереса к Валиному творчеству представлял тот период (правда, по прошествии ряда лет), когда Доррер стал соглашаться на работу в кино, потому что не стало предложений от театра.
Первую половину своей непутевой жизни Валя был женат на Вике. Она старалась сдерживать его, отвлекая от бесконечных гуляний, вернуть в семейное русло и к рабочей жизни, но это удавалось ей лишь отчасти. Как-то раз мы с Доррером и группой артистов театра «Современник» участвовали в затянувшемся застолье в гостинице «Октябрьская», где все мы жили. Гулянье кончилось далеко за полночь, и Валя заснул в номере у кого-то из друзей. Наутро мы позавтракали, и Валя пошел к себе в мастерскую на площадь Искусств. Часа через два он вернулся с заплывшим глазом и в своей наивной детской манере поведал, что какие-то хулиганы напали на него прямо на Невском. Помню, что я распетушился и кричал, что сейчас мы им отомстим, хотел знать, где они сейчас. Валя уклонялся от ответа и загадочно молчал. И лишь спустя время мы поняли, что это карающая рука Вики пыталась восстановить справедливость и заставить Валю ночевать дома.
Мы встречались и в мастерской, и в гостиницах «Европейская», «Астория», где я со временем стал часто останавливаться. Быть может, когда Валя бывал у меня в «Астории», близость места вызывала желание зайти в гости к художнице Софье Марковне Юнович, жившей совсем рядом, на Большой Морской улице. Ее квартира была сильно перестроена и выглядела очень элегантно и презентабельно: она располагалась в бельэтаже, с ее первого этажа был выход на улицу, а огромное окно придавало помещению еще больше обаяния. Хозяйка дома, Софья Марковна, тепло нас привечала и старалась чем-нибудь угостить. Она обладала эффектной внешностью, и единственное, чего ей, на мой взгляд, не хватало, — это капли юмора по отношению ко всему, что она говорила. Если о ком-то заходила речь, Софья Марковна высказывалась очень серьезно и категорично. Я думаю, что ее значительный художественный дар ничуть бы не пострадал от присутствия толики иронии. Мое же отношение к Юнович было чрезвычайно уважительное. В дальнейшем она бывала на всех моих выставках, и после я всегда отвозил ее на такси до дома, чтобы ей не приходилось возвращаться одной.
Вспоминаю еще случай, когда Валя зашел ко мне в «Асторию», а я встретил оказавшегося там художника Энара Стенберга, и мы провели дивный день втроем. Поскольку дело происходило летом, все окна были открыты, а «Астория» стояла в строительных лесах, то мы, выйдя из окна, сидели на этих лесах, свесив ноги, и болтали обо всем на свете, наслаждаясь свежим воздухом.
Когда же я оставался один, то брел пешком на Мойку и упивался видами Санкт-Петербурга, делая наброски своих будущих композиций.
Встречи с Доррером продолжались во время всех моих приездов в Петербург. К сожалению, страсть к вину пересилила все другие устремления замечательного художника, и Валя стал тяжел в общении. В конце вечера приходилось ухаживать за ним, отводить домой. И с годами мы стали реже видеться. Конец наших отношений пришелся на мою работу в «Челюскинской» над офортами. Неожиданно для меня в составе новой группы ленинградских художников, приехавших нам на смену, оказался Валя. Был солнечный весенний день. Я увидел Валю после долгого перерыва и бросился к нему. Он без всяких сентиментальных объятий и приветствий сухо спросил меня: «Можешь дать двести рублей?» Конечно, я дал ему их. Так он ушел из моей жизни — буквально — навсегда.
Рисование Петербурга
Когда-то мальчиком, студентом Московского архитектурного института я приезжал в Ленинград, в Петербург. И уже в те годы восхищался образом этого города. Я бесконечно бродил по его улицам, переулкам, мостам, по местам вокруг дома Пушкина на Мойке. И уже тогда я что-то начинал рисовать и примеривался к так волновавшим меня пейзажам. Это наблюдение вылилось в некую страсть. Я все время думал об архитектуре, ведь я был архитектором, получал специальное образование. А в пятидесятые годы, по существу, в архитектуре еще не было
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Жизнь переходит в память. Художник о художниках - Борис Асафович Мессерер бесплатно.
Похожие на Жизнь переходит в память. Художник о художниках - Борис Асафович Мессерер книги
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Промельк Беллы. Фрагменты книги (часть 3) - Борис Мессерер - Биографии и Мемуары
- Эмоциональный интеллект - Дэниел Гоулман - Психология
- Как зарегистрировать бизнес в России: ООО, ИП, самозанятый - Ирина Некит - Менеджмент и кадры
