Форма входа
0/0
Антология советского детектива-48 - Николай Иванович Леонов
- Дата:04.06.2026
- Категория: Детектив / Криминальный детектив / Прочее
- Название: Антология советского детектива-48
- Автор: Николай Иванович Леонов
- Просмотров:2
- Комментариев:0
Уважаемые читатели!
Тут можно читать бесплатно Антология советского детектива-48 - Николай Иванович Леонов. Жанр: Детектив / Криминальный детектив / Прочее. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн книги без регистрации и SMS на сайте Knigi-online.info (книги онлайн) или прочесть краткое содержание, описание, предисловие (аннотацию) от автора и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Описание онлайн-книги Антология советского детектива-48 - Николай Иванович Леонов:
Настоящий том содержит в себе произведения разных авторов посвящённые работе органов милиции, госбезопасности и разведки СССР в разное время исторической действительности. Содержание: 1. Аркадий Вайнер: Гонки по вертикали. Ощупью в полдень 2. Георгий Александрович Вайнер: Умножающий печаль. Райский сад дьявола 3. Николай Леонов: Ловушка. Обречен на победу. Еще не вечер 4. Николай Иванович Леонов: Профессионалы. Еще не вечер. Бесплатных пирожных не бывает 5. Николай Иванович Леонов: Удачи тебе, сыщик! Наемный убийца 6. Николай Иванович Леонов: Наёмный убийца. Исповедь сыщика. Наркомафия. 7. Николай Леонов: Коррупция.Мент поганый. 8. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Криминальная Москва 9. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Проходные дворы 10. Эдуард Хруцкий: Тайны уставшего города 11. Эдуард Хруцкий: На углу, у Патриарших...
Читем онлайн Антология советского детектива-48 - Николай Иванович Леонов
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
в механической мастерской тюрьмы, вначале на сверлильном, а затем на токарном станках.
Кроме этих заключенных, в мастерской работает 5 заключенных из числа хоз. обслуги, осужденных на 5–7 лет ИТЛ.
Заключенные из хозяйственной обслуги размещены в корпусе для хозяйственной обслуги. На работе в мастерских Васильев также обеспечен достаточным агентурным наблюдением.
В камере Васильев не сжился с одним заключенным, который был переведен в другую камеру. В настоящее время заключенный Васильев содержится в камере только с нашим источником, и с ним же он выводится на работу в механические мастерские. К работе заключенный Васильев относится добросовестно, освоил сверлильное и токарное дело.
Для изучения токарного и других специальностей металлиста к нему прикреплен высококвалифицированный, до ареста преподаватель ремесленного училища, наш источник, заключенный из хозяйственной обслуги.
Заключенному Васильеву зачтено в январе 18 рабочих дней, в феврале 45, в марте 52, в апреле 56 рабочих дней.
К заключенному Васильеву приезжает жена в среднем два раза в месяц, им предоставляется личное свидание, в январе месяце к нему приезжала сестра.
Из числа заключенных подлинное лицо Васильева знает работающий в тюрьме заключенный Кальченко. Там он видел несколько раз Васильева, однако заключенный Кальченко это держит в секрете. Кальченко по отбытии срока наказания в конце мая будет освобожден, при освобождении от него будет отобрана подписка о неразглашении на воле подлинного лица Васильева.
Из числа личного состава кое-кто догадывается о личности Васильева, однако нами принимаются меры о неразглашении.
В обращении с администрацией тюрьмы Васильев ведет себя вежливо. Много читает, физически у нас значительно окреп.
Сообщается Вам для сведения.
Начальник тюрьмы № 2 Управления МВД Владимирской области
подполковник (Козик)
Мы начали в те годы говорить много и смело. Мы слушали Ива Монтана, смотрели «Мандат» Н. Эрдмана, спорили о романе В. Дудинцева «Не хлебом единым». Летом 57-го бушевал Международный фестиваль молодежи и студентов. А камере № 18 Владимирского централа сидела «железная маска».
Через много лет в Казани на кладбище мне показали могилу генерала В.И. Джугашвили. На памятнике было написано: «Единственному». И, думая сегодня о судьбе этого человека, я невольно прихожу к выводу, что в этой стране никогда ничего не менялось и долго еще не изменится – до тех пор, пока мы не узнаем главные кремлевские тайны.
* * *
Вот и все, что я хотел рассказать об истории моей квартиры.
Наш дом, как огромный корабль, неумолимо плывет сквозь время. Остались за кормой времена культа личности, потом «оттепели» и хрущевского волюнтаризма, весело миновал застой. Бурно покачались на волнах перестройки.
К какому же берегу причалит наш неуправляемый корабль? Писатель Александр Малышкин взял к своему трагическому роману о жизненном переломе «Севастополь» печальный эпиграф, созвучный с нашим временем:
Мы были моряки, мы были капитаны —
водители безумных кораблей.
«Идут на север срока огромные…»
В магазине «Лесная быль» на Сретенке мы купили четыре плетенки раков, а директор знаменитой торговой точки, наш добрый знакомый, позвонил в сороковой гастроном на улице Дзержинского, и мы разжились чудовищным по тем временам дефицитом – чешским пивом.
На город опустилось солнечное июньское воскресенье, и сретенские переулки залило радостным светом.
Мы выгрузили наше богатство у большого, когда-то доходного, дома в Большом Сергиевском, где жил наш товарищ Володя Казанцев. Мы часто собирались у него в большой коммунальной квартире, потому что Володя жил в тридцатиметровой комнате.
Когда-то вся квартира принадлежала его деду, известному инженеру-путейцу. После революции их уплотнили, но, принимая во внимание, что инженер Казанцев слыл крупным железнодорожным спецом, оставили его семье самую большую комнату.
Я любил приходить к Володе и разглядывать старые фотографии, которыми были завешаны стены комнаты. Это были портреты его огромной родни. Из темных рамок смотрели на нас мужчины в студенческих тужурках, служивых вицмундирах, офицерской форме. Женщины в платьях с буфами, высокими прическами и обязательным медальоном на груди.
Я смотрел на эти прекрасные лица, и казалось, что кто-то из них, как чеховская Ольга из «Трех сестер» скажет внезапно: «…пройдет время, и мы уйдем навеки, нас забудут, забудут наши лица, голоса и сколько нас было, но страдания наши перейдут в радость для тех, кто будет жить после нас…»
Как все-таки прекрасно рассматривать старые фотографии! Рядом с портретом деда в красивой форме инженера-путейца – небольшая фотография отца; гимнастерка, на петлицах – три кубаря и саперная эмблема. Он не вернулся в Большой Сергиевский: погиб под Москвой в 41-м. А рядом портрет самого Володи Казанцева в форме штурмана-речника. Он остался один из всей дружной старомосковской семьи. Ее смахнули свинцовые ветры Гражданской войны, репрессий и Великой Отечественной.
Наш друг Володя учился в техникуме речного флота и иногда появлялся на улице Горького в красиво сшитой форме с узенькими курсантскими погонами.
Получив диплом штурмана, он проплавал на реках положенные два года, уволился, стал писать. Окончил заочно Литинститут и каждым летом нанимался на одну навигацию на судно. Плавал по Енисею, Волге, Каме, Москве-реке. Осенью возвращался домой и писал неплохие истории из жизни речников.
В том далеком июле 70-го он плавал в Московском пароходстве, и его сухогруз стал в столице на ремонт двигателя.
Здоровая коммуналка, типично московская, со старыми велосипедами на стене, с сундуками в коридоре, с непременными корытами, висящими в ванной, пустовала. Летом соседи разъезжались по садовым участкам. В те годы это было повальной эпидемией.
Раков поручили варить Валере Осипову, который считал себя непревзойденным специалистом. Мы с Володей выполняли его указания. Когда аромат варящихся раков стал нестерпимым, в глубине квартиры послышались шаги.
На кухню вошел Александр Гаврилович – сосед Володи.
– Меня разбудил этот божественный запах. Здравствуйте, друзья.
Манера говорить, одеколон «Лаванда» и безукоризненный пробор в седоватых волосах совсем не вязались с его профессией. Как мы знали, он вкалывал обыкновенным литейщиком на заводе «Серп и молот».
– Повезло мне, что я в ночную смену работал, – засмеялся Александр Гаврилович, – иначе уехал бы на свой садово-огородный рай и такое пиршество проспал. Возьмете в компанию? Моя доля – две бутылки «Столичной».
Когда разделались с первой кастрюлей раков, ряд пивных бутылок поредел и растаяла одна поллитровка «Столичной»; когда мы обсудили «Черный обелиск» Ремарка и поспорили о пьесе «Дион» Зорина, причем литейщик-интеллигент поразил нас точностью формулировок и знанием литературы, Александр Гаврилович сказал странную фразу:
– Раки, пиво, водка. Беседа душевная, день за окном изумительный. Повезло вам, ребята. В
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Антология советского детектива-48 - Николай Иванович Леонов бесплатно.
Похожие на Антология советского детектива-48 - Николай Иванович Леонов книги
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Сборник 'В чужом теле. Глава 1' - Ричард Карл Лаймон - Периодические издания / Русская классическая проза
- Расскажи мне о море - Эльчин Сафарли - Русская современная проза
- За себя и за Сашку! - Иван Солин - Боевая фантастика / LitRPG / Попаданцы / Фанфик / Юмористическая фантастика
