Форма входа
0/0
'Расследования Екатерины Петровской и Ко'. Компиляция. Книги 31-50 - Татьяна Юрьевна Степанова
- Дата:31.10.2025
- Категория: Криминальный детектив / Полицейский детектив
- Название: "Расследования Екатерины Петровской и Ко". Компиляция. Книги 31-50
- Автор: Татьяна Юрьевна Степанова
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Уважаемые читатели!
Тут можно читать бесплатно 'Расследования Екатерины Петровской и Ко'. Компиляция. Книги 31-50 - Татьяна Юрьевна Степанова. Жанр: Криминальный детектив / Полицейский детектив. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн книги без регистрации и SMS на сайте Knigi-online.info (книги онлайн) или прочесть краткое содержание, описание, предисловие (аннотацию) от автора и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Описание онлайн-книги 'Расследования Екатерины Петровской и Ко'. Компиляция. Книги 31-50 - Татьяна Юрьевна Степанова:
Татьяна Юрьевна Степанова (р. 1966 г.) родилась в семье работников правоохранительных органов. В 1988 году закончила МГУ и решилась поступать в аспирантуру в институт права. Для этого требовалось отработать 2 года в милиции. В 1990-м году институт права был в плачевном состоянии, так что аспирантура у Татьяны так и не состоялась, а вот работа в органах стала основной профессией. Дебют в литературе состоялся в 1994 году, когда в журнале «Милиция» была опубликована ее первая детективная повесть «Леопард». Главным литературным трудом Татьяны Степановой является детективный сериал о Екатерине Петровской, написанный в жанре мистического триллера. Главные герои сериала: Никита Колосов (начальник отдела убийств), Катя Петровская (корреспондент пресс-центра ГУВД), Вадим Кравченко (муж Екатерины) и Сергей Мещерский (друг Вадима, Кати и Никиты) – расследуют страшные преступления, которые привидятся только в кошмарах. На сегодняшний день Татьяна Степанова работает в пресс-службе ГУВД Московской области, имеет звание подполковника. Также Татьяна – автор более двух десятков романов, написанных, по ее определению, в жанре мистический триллер. Любимые авторы – Стивен Кинг и Томас Харрис. С последним состоит в личной переписке. Из российских писателей непререкаемым авторитетом пользуется Н.В. Гоголь. Активно переводится и издается за рубежом. По двум ее книгам сняты художественные фильмы: «Темный инстинкт» и «Бухта страха» Содержание: РАССЛЕДОВАНИЯ ЕКАТЕРИНЫ ПЕТРОВСКОЙ И Ко: 31. Татьяна Степанова: Валькирия в черном 32. Татьяна Степанова: Когда боги закрывают глаза 33. Татьяна Степанова: Девять воплощений кошки 34. Татьяна Степанова: Яд-шоколад 35. Татьяна Степанова: Невеста вечности 36. Татьяна Степанова: Колесница времени 37. Татьяна Степанова: Падший ангел за левым плечом 38. Татьяна Степанова: Призрак Безымянного переулка 39. Татьяна Степанова: Пейзаж с чудовищем 40. Татьяна Степанова: Грехи и мифы Патриарших прудов 41. Татьяна Степанова: Созвездие Хаоса 42. Татьяна Степанова: Часы, идущие назад 43. Татьяна Степанова: Светлый путь в никуда 44. Татьяна Степанова: Умру вместе с тобой 45. Татьяна Степанова: Циклоп и нимфа 46. Татьяна Степанова: Последняя истина, последняя страсть 47. Татьяна Степанова: Великая иллюзия 48. Татьяна Степанова: Мойры сплели свои нити 49. Татьяна Степанова: Храм Темного предка 50. Татьяна Степанова: Занавес памяти
Читем онлайн 'Расследования Екатерины Петровской и Ко'. Компиляция. Книги 31-50 - Татьяна Юрьевна Степанова
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
и развлекают своим поварским искусством обалдевших от избытка впечатлений лохов-туристов.
Гаврила читает меню и спрашивает что-то — в шуме Пелопея не слышит брата. Гаврила в эту субботу с линзами в глазах вместо очков. Он все никак не может решить, что лучше — очки или линзы. Когда Гаврила с линзами, Пелопее кажется, будто его лицу чего-то не хватает, что оно слишком юное и словно незавершенное — глаза красивые, но подбородок безвольный. Когда он приезжает в очках, то, кажется, наоборот — они старят его, еле держатся на носу и то и дело сползают к самому кончику.
Порой в глазах Гаврилы — острая жалость. Пелопея читает его взгляд — острая жалость к ней. Острая, как кинжал. У Гаврилы болит сердце, и он все никак не может успокоиться. Не может принять того, что с ней случилось. Он заказывает филе миньон для Пелопеи, зная, что она предпочтет всему мясо, брускету с крабом для себя и манералку для Греты.
Грета ничего не ест. Мама тревожится, что у нее развиваются признаки анорексии. Грета говорит: все это чушь. Она просто худеет ради фигуры. Грете исполнилось восемнадцать, и она действительно похудела, нет, отощала как мощи. Она стала до такой степени худой, что создается впечатление, будто она вся состоит из острых углов — локти, ключицы, коленки тоненьких ножек, острые как бритва скулы, острый нос, острый треугольный подбородок. И взгляд тоже острый и порой колючий.
Она даже в «Вильямсе» — одном из самых вкусных ресторанов — ничего не ест. Морщится и сквозь зубы потягивает минералку. Пелопея знает: сестренка мучается от того, что в ресторане нельзя курить. Как только выскочит на улицу, сразу засмолит сигаретку и станет дымить на ходу, когда они поползут от перекрестка Спиридоньевского к пруду, возле которого розовый дом.
Приносят заказ, и Пелопея с аппетитом накидывается на еду. Гаврила что-то бурчит, ковыряя вилкой брускету. Не слышно ни фига, потому что столики в самом вкусном ресторане Патриков стоят так тесно, что за едой чуть ли не толкаешь локтями соседей. Но все мирятся с теснотой ради вкусной стряпни. И атмосферы любимого кабачка, несмотря на чад, низкий потолок и гомон.
Девицы в рваных джинсах за столиком, что справа, суют любопытные длинные носы в высокие бокалы с красным вином, сначала вдыхая его аромат, а затем пьют, ржут счастливо и макают в высокие белые тарелки с горячим супом маленькие хрустящие багеты, похожие на румяные палочки.
«Я прочла всего Мураками, что-то не впечатлил…»
Пелопея помнит, что Мураками — писатель, и это ее радует. Но не помнит, читала ли она его. И это огорчает.
Слева горластая компания впавших в раж фанатов Булгакова среднего возраста и потрепанной внешности из семи человек чудом угнездилась за двумя сдвинутыми двухместными столиками и орет, как на базаре:
— Да что ты мне ссышь, ни один исследователь не может внятно объяснить, где находилась та скамейка, где они сидели в тот майский вечер!
— А что тут объяснять, когда ежу ясно, что скамейка находилась как раз напротив тридцать второго дома — спиной к Малой Бронной она стояла! У Булгакова в тридцать втором доме друганы жены жили — Крешковы, супружеская пара. Он к ним ходил сюда, на Патриаршие, на той скамейке у пруда напротив подъезда сидел. Дом тридцать второй, бывший доходный — этот тот, что с башенками и кокошником в неорусском стиле над подъездом. Крешковы спиритизмом увлекались всерьез, Булгаков — для хохмы. Он все это в «Спиритическом сеансе» описал, ну, где спрашивали дух Наполеона про то, когда кончатся большевики, а вместо духа чекисты в коже в квартиру вломились и всех повязали.
«Дом с башенками — это тот, который справа от нашего, на другой стороне», — думает Пелопея. И она рада, что помнит этот дом. И кокошник-наличник над подъездом она помнит.
— А когда Берлиоз вскочил, он от скамейки, от Воланда пошел налево! — надрывается знаток-фанат, дирижируя вилкой. — Трамвай поворачивал с Ермолаевского на Бронную и уже успел разогнаться после поворота.
— Да не ходил здесь никогда трамвай, ни по Ермолаевскому, ни по Малой Бронной! — орет на него как на врага другой булгаковед. — Зарубите себе на носу, ни на одном плане городском конца двадцатых — начала тридцатых не показано, что здесь мимо пруда были проложены рельсы!
— Здра-ааааа-сте, покакавши! Как это не было? На чем они передвигались? В то время тачки в Москве редкостью были. Остатки рельс при ремонте нашли в прошлом году, когда собянинскую плитку клали! Лужковский тротуар — кердык, долой, а там остатки рельс, линии трамвайной! Все было, все ходило — и трамвай ходил. А зарезали Берлиоза как раз посредине аллеи — тогда там разрыв имелся в ограде сквера и турникет.
— А дому с башенками — тридцать второму номеру — в тридцать восьмом году тот спиритический сеанс у Крешковых чекисты вспомнили. У Крешковых сразу двоих соседей по дому забрали и расстреляли — одного бывшего белого офицера, а другого пианиста, он тапером то ли в парке играл, то ли в клубе «Красный химик».
— Это чтобы квартиры освободить, свои же на своих стучали — соседи, авось квартиру отнимут, а потом в комнаты пролетариев населят. Сейчас дали бы волю, шлюзы открыли, снова все друг на друга стучать бы начали. Это в крови народной — доносительство на ближнего.
— Где вы видели пролетариев на Патриарших? Их здесь и не было, и нет. И не будет никогда. Здесь элита живет!
— Элита, ха! Да народ… работяги спят и видят, чью бы квартиру занять на халяву, куда бы дуриком за бесплатно вселиться! Это в генах у нас — зависть к чужому добру!
— Чекануться можно, — сказал Гаврила громко. — Вот от этого самого — просто можно чекануться. Патрики в своем репертуаре.
Пелопея улыбалась брату. Гаврюша, будь терпелив.
— Как вы там, дома, братцы-кролики? — спросила она.
Братцы-кролики — брат с сестрой — переглянулись. Дома — это значит Пелопея спрашивает об их прежнем доме на Новой Риге, где они остались с отцом.
— Нормально, — ответил Гаврила.
— Ничего не нормально! Феодора права качает каждый день, — пожаловалась Грета. — Мамину спальню перекрасила, всю мебель выкинула. Я вчера ее в гардеробной застукала — она в вещах, как свинья, роется. Я сказала ей пару ласковых. А она меня матом. Ну, ты помнишь нашу Федьку-Федору…
Пелопея хмурится.
Феодору она помнит.
Но воспоминания эти какие-то уж слишком старые… древние, полузабытые.
Вот они с Феодорой в школе, сидят за одной партой, и на
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу 'Расследования Екатерины Петровской и Ко'. Компиляция. Книги 31-50 - Татьяна Юрьевна Степанова бесплатно.
Похожие на 'Расследования Екатерины Петровской и Ко'. Компиляция. Книги 31-50 - Татьяна Юрьевна Степанова книги
- Сборник 'В чужом теле. Глава 1' - Ричард Карл Лаймон - Периодические издания / Русская классическая проза
- Чудо в перьях - Юрий Черняков - Триллер
- Танго нашей жизни: Пара, в которой трое - Андрей Букин - Спорт
- Песня скрипки(Рассказы) - Бондаренко Вениамин Никифорович - Детская проза
- Цикл 'Пограничная трилогия'+Романы вне цикла. Компиляция. 1-5 - Кормак Маккарти - Вестерн / Крутой детектив
