Происхождение тебя. Как детство определяет всю дальнейшую жизнь - Ричи Поултон
- Дата:25.12.2025
- Категория: Менеджмент и кадры / Психология
- Название: Происхождение тебя. Как детство определяет всю дальнейшую жизнь
- Автор: Ричи Поултон
- Просмотров:0
- Комментариев:0
Аудиокнига "Происхождение тебя. Как детство определяет всю дальнейшую жизнь"
📚 "Происхождение тебя" - это увлекательное исследование о том, как детство формирует наше будущее. Автор Ричи Поултон проводит читателя через различные этапы детства, показывая, какие именно события и взаимоотношения могут повлиять на наше поведение и решения во взрослой жизни. Книга поможет вам лучше понять себя и окружающих, а также научиться принимать свои действия и решения.
Главный герой книги - каждый из нас, ведь каждый человек несет в себе следы своего детства. Автор показывает, как важно осознать свои прошлые опыты, чтобы изменить свое будущее к лучшему.
Об авторе:
Ричи Поултон - психолог и психотерапевт с многолетним опытом работы. Он специализируется на изучении влияния детства на личность человека. Ричи является автором нескольких бестселлеров в области психологии и саморазвития.
На сайте knigi-online.info вы можете бесплатно и без регистрации слушать аудиокниги на русском языке. Мы собрали лучшие произведения различных жанров, чтобы каждый мог найти что-то по душе. Погрузитесь в мир книг вместе с нами!
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Теперь мы были готовы оценить, насколько похожим будет представление о детстве участников на основе данных, собранных проспективно и ретроспективно. Совпадала ли проспективная оценка детства участников с ретроспективной? До определенного момента да, однако в основном – нет. С одной стороны, разница не была вопиющей, однако с другой – не то чтобы показания участников особенно совпадали с нашими данными. По правде говоря, когда мы выделили шестьдесят участников, которые, согласно нашим данным, в детстве подвергались действию четырех и более видов неблагоприятного воздействия, оказалось, что более половины об этом даже не вспомнило. Не менее примечательно то, что десять из тех участников, что в детстве пережили четыре или более видов неблагоприятного опыта, вспоминали только один из них или и вовсе не вспоминали ни одного!
Однако на этом этапе исследования мы обнаружили не только «выборочное исключение» – в зрелости – воспоминаний о невзгодах, испытанных в детстве. Стоит сразу оговориться, что, используя термин «исключение», мы не подразумеваем, будто участник забыл о чем-то намеренно или сознательно; пока не будет доказано обратное, мы допускаем, что участники не могли вспомнить тех неблагоприятных обстоятельств, которые вытеснились из их памяти. Десять процентов участников, которые, согласно нашим данным, не столкнулись ни с одним из десяти видов неблагоприятного детского опыта, вспоминали, что сталкивались с тремя видами и более! Другими словами, участники как забывали о неблагоприятном детском опыте, так и додумывали его. Несмотря на то что разница между подходами очевидна, ошибочным будет полагать, что проспективная оценка безупречна. В данидинской кладовой данных могло вполне недоставать сведений о с первого взгляда незаметных невзгодах, с которыми сталкивались участники. Например, некоторые участники вспоминали, что в детстве подвергались сексуальному насилию, однако в нашей кладовой, по понятным причинам, записей об этом не было. Также важно понимать, что неблагоприятный опыт детства, даже выдуманный, может сказаться на жизни человека просто потому, что он искренне верит, будто его испытал.
Осознавая недостатки и проспективного подхода к исследованиям, мы решили копнуть глубже и изучить, насколько между собой согласуются данные о каждом из видов неблагоприятного детского опыта, а не о неблагоприятном детском опыте вообще. Что, если разница потому и возникла, что один неблагоприятный опыт запоминается проще другого? Оказалось, что так и есть. Например, воспоминания о смерти одного из родителей согласовались в ста процентах случаев, а об эмоциональном насилии – крайне редко. Это говорит о том, что и без того скромные совпадения в данных, которые мы обнаружили изначально, были завышены из-за такого обстоятельства, как гибель родителей. На самом деле, когда мы исключили это положение из оценки неблагоприятного детского опыта, уровень согласованности между ретроспективными и проспективными данными упал на 40 %! А ведь он и без того был невысоким. Другими словами, стоило нам присмотреться к данным о неблагоприятном детском опыте, как стало очевидно, что ретроспективная и проспективная оценка детского опыта согласуются еще меньше, чем выходило прежде. Таким образом, мы получили убедительные свидетельства в пользу того, что оценку опыта детства на основе воспоминаний взрослых участников медицинских исследований, посвященных связи между неблагоприятными обстоятельствами взросления и состоянием здоровья в зрелости, не стоит принимать за чистую монету.
Насколько точен проспективный и ретроспективный подход?
Хотя, безусловно, важно записать и тем самым закрепить истину о том, насколько недостоверны воспоминания людей о невзгодах, с которыми они столкнулись в детстве, важнее для науки то, насколько точно по неблагоприятному опыту детства (в первую очередь по данным, собранным с течением жизни человека) можно предсказывать дальнейшую жизнь людей. Если и по ретроспективной, и по проспективной оценке неблагоприятного детского опыта можно одинаково точно предсказать уровень благополучия в зрелости, то не так уж и страшно, что проспективная и ретроспективная оценки настолько не согласуются друг с другом.
Чтобы сравнить, насколько точно можно предсказать уровень благополучия тридцативосьмилетнего человека по ретроспективной и проспективной оценкам его детства, мы вывели четыре субъективных показателя здоровья (на основе того, что нам рассказали участники), и два объективных (на основе проведенных тестов и собранных биологических образцов). Первый субъективный показатель отражал то, как участники исследования оценивали свое общее физическое состояние здоровья по шкале от «отлично» до «плохо». Второй относился к когнитивным способностям: участники отвечали на девятнадцать вопросов о том, насколько им трудно выполнять повседневные задачи (не забывать о встречах; помнить, что нужно купить; не рассказывать одно и то же одному человеку). Для субъективной оценки психического здоровья участников мы обращались к беседам, в ходе которых проверялось, наблюдаются ли у участников те или иные проявления психических нарушений (депрессия, тревожность, антисоциальное поведение и психоз). Наконец, субъективная оценка социального здоровья была основана на анкете из двадцати восьми пунктов, в которой спрашивалось о том, насколько участник ладит с партнером, насколько открыто с ним общается,
- Сказки народов мира - Автор Неизвестен -- Народные сказки - Детский фольклор / Прочее
- Сказки немецких писателей - Новалис - Зарубежные детские книги / Прочее
- Камигава: Рассказы - Jay Moldenhauer-Salazar - Периодические издания / Фэнтези
- With you, Torn from you - Nashoda Rose - Прочее
- Улыбка - Рэй Брэдбери - Научная Фантастика